Добавить комментарий
Документ «СССР - 54»: за и против. Часть 2
Большая палата Европейского суда по правам человека (БП ЕСПЧ) вынесла окончательное решение по иску группы граждан Польши, требовавших проведения нового расследования гибели польских военнопленных в Катыни. Суд не признал РФ виновной в нарушении статьи 3 Европейской конвенции о защите прав человека «Запрещение бесчеловечного или унижающего достоинство обращения». Требование истцов провести новое расследование палата не одобрила.
Исследователи катынской трагедии говорят о двух направлениях изучения проблемы. Первый путь - анализ политических и пропагандистских документов. Второй - оценка судебных решений. Начало потока внесудебных публикаций - геббельсовская антисоветская кампания 1943 года. После суда в Нюрнберге она пошла на спад. Новый импульс геббельсиада получила в последний период правления Горбачева: речь идет о записке высокопоставленного деятеля КПСС, в которой говорилось об архивных документах, якобы недавно обнаруженных.
Эти бумаги будто бы подтверждали связь между отправкой польских офицеров из лагерей весной 1940 года и их расстрелом под Смоленском. Автор докладной записки
предупреждал Горбачева о своих сомнениях в подлинности архивных текстов. Генсек не придал значения предупреждению. С его благословения весть об установлении «истинных виновников» катынской трагедии - советского руководства - разлетелась по миру.
Далеко не все одобрили такое развитие событий. Кое-кто пытался спорить. Говорили, что поляков убивали из оружия немецкого производства - это легко устанавливалось при анализе пуль и гильз. Жертв расстреливали в том числе и из крупнокалиберных пулеметов, а расстрельные команды НКВД использовали только револьверы и пистолеты. Геббельсовские пропагандисты утверждали, что убитых идентифицировали по знакам различия польской армии. Но по советским порядкам 1931 - 1941 годов военнопленные не могли носить знаков различия.
Интересно и другое. Среди пленных поляков были молодые военнослужащие Войцех Ярузельский и Менахем Бегин. Впоследствии они достигли высот в политической иерархии: первый стал президентом Польши, а второй - премьер-министром Израиля. Ни тот, ни другой никогда и словом не обмолвились о причастности НКВД к расстрелу в Катыни. Более того, Менахем Бегин, которого никто не мог заподозрить в симпатии к сталинским временам, прямо утверждал, что поляков под Смоленском убивали гестаповцы. «Катынское дело становится колоссальной политической бомбой, которая в определенных условиях еще вызовет не одну взрывную волну. И мы используем ее по всем правилам искусства. Те 10-12 тысяч польских офицеров, которые уже раз заплатили своей жизнью за истинный, быть может, грех, - ибо они были поджигателями войны, - еще послужат нам для того, чтобы открыть народам Европы глаза на большевизм». Это записал Й. Геббельс в своем дневнике 17 апреля 1943 года, ровно через четыре дня после того, как берлинское радио разнесло на весь мир о том, что под Катынью совершенно случайно якобы найдены расстрелянные польские генералы и офицеры.
Спустя 10 дней газета «Нью-Йорк Таймс» писала: «Как русские, так и поляки попали в нацистскую ловушку.» Почему американцы так отметили? Да потому, что скандал, произошедший в Берлине и в Варшаве, привел к тому, что наше правительство вынуждено было разорвать отношения с Польшей. И вот с этого момента идет, в общем-то, непрекращающаяся игра в одну проблему: кто виноват?
Самое любопытное: сами немцы после эксгумации определили только 2 тысячи 730 человек, только лишь. Кто остальные - неизвестно, мало ли в земле трупов. При этом оказалось, что там, в этих общих могилах, были как военные, так и гражданские, военные как в зимней форме, так и в летней. Иными словами, сразу выяснилась весьма запутанная ситуация. Но поляков уже тогда это не смутило.
И еще. Веревки, немецкие патроны, гильзы немецкой фирмы «Густав Геншофф и компания» - сокращенно «ГЕКО / GECO» - калибра 7,65 и 6,35 мм, которые не могли быть априори использованы НКВД, потому что на вооружении НКВД стояли наганы (калибр 7,62), и только у офицерского состава - ТТ. А от выстрела из мощного пистолета ТТ в голову не только не останется головы, но и полчасти тела может не остаться.
Это прямые вещественные доказательства нашей непричастности к расстрелу польских офицеров в Катыни.
Однако антисоветская волна лжи, поднятая Геббельсом, набирает силу. Ее постоянно подпитывают многочисленные пропагандистские акции. По всей Польше шумят «дубы Катыни», каждый из которых посажен в память о конкретном поляке (персонально), включенном в «катынский список» (хотя убедительных доказательств подлинности этого списка нет). А знаменитый кинорежиссер Анджей Вайда получил в России орден Дружбы за антисоветский фильм «Катынь». Государственная дума РФ 26 ноября 2010 года приняла специальное заявление «О катынской трагедии и ее жертвах».
ЕСПЧ в 2012 году, ссылаясь на заявление советского и российского политического руководства, констатировал, что «... ответственность советской власти за это преступление была признана на высшем государственном уровне.» В общем, выводы комиссии Бурденко отброшены, выводы геббельсовской комиссии принимаются без разговоров. Вот, тыкая, указываешь на явные проколы - то, что немцы перед капитуляцией уничтожили все доказательства, которые они раскопали в катынском деле, специально уничтожили, убили председателя комиссии Бутца, пытались убить и остальных членов комиссии (скрывались и чехи, и болгары от этого дела), - это, оказывается, не имеет значения. То, что по комиссии Бурденко все лежит в целости и сохранности, ни один свидетель даже не арестовывался, - не обращается внимания.
Если выбросить из дела весь информационный мусор, то... там останутся доказательства, из которых следует, что поляки весной 1940 года прошли через суд особого совещания.
«Поскольку особое совещание в тот момент до октября 1941 года не имело право приговаривать к расстрелу, это подтверждает, что поляки не расстреливались, их приговаривали к трем - пяти годам лишения свободы. Армия Крайова уже начала проводить боевые действия. Опасные они стали. Раньше они шатались там по всем базарам в округе, их же до зимы пересчитать не могли, сколько их у нас тут сидит на котловом довольствии. И их осудили, сделали их заключенными и отправили на работы.
И как бельмо на глазу появляется в деле неизвестно откуда неизвестно кем найденный пакет №1 с документами, в которых якобы и находится «вся правда»: «поляков расстреляли русские.» Слезы душат и капают, понимаете, когда смотришь на документ, подписанный Сталиным в 1959 году. Что, Сталин из гроба встал подписать этот документ? Вообще-то стыдно становится за наших историков, которые участвовали в фабрикации этих документов.
Пусть Верховный Суд создаст специальное присутствие (надо соблюсти права человека) согласно страсбургского положения, пригласить поляков в качестве представителей потерпевших, назначить защитников и рассмотреть это дело публично, его нечего бояться, там фальшивка.» Это мнение Ю. И. Мухина, политолога, писателя.
Какими бы ни были события в Катыни, нельзя, недопустимо забывать о мученической гибели от 30 до 80 тысяч наших красноармейцев, оказавшихся в польском плену в 20-е годы, а также о терроре польской военщины в отношении граждан Беларуси, Украины и Литвы. Нельзя вырывать события в Катыни от общего контекста пребывания воинских соединений генерала Андерса на территории СССР в годы войны, а также политику лондонского правительства генерала Сикорского и переписку И. В. Сталина с У. Черчиллем в связи с действиями этого правительства.
Так смыкаются политические и судебные оценки катынской трагедии.
Однако судебную историю Катыни следует начинать с Нюрнбергского процесса. В соответствии с его уставом определялось, что «трибунал не будет требовать доказательств общеизвестных фактов и будет считать их доказанными. Трибунал также будет принимать без доказательств официальные правительственные документы и доклады Объединенных наций...».
«Документ СССР-54 не был исключен трибуналом из числа доказательств. Таким образом, он был и остается доказательством вины немецкой стороны. Более того, в делах обвиняемых Геринга и Йодля имеются ссылки на этот документ, что означает их персональную ответственность за катынские события.
Заметным фактом в судебной истории Катыни стало и рассмотрение Малой палатой Европейского суда по правам человека (МП ЕСПЧ) иска «Янович и другие против России». Истцы обжаловали проведенные СССР (Россией) в 1990 - 2004 годах расследования катынского дела о массовом расстреле польских офицеров в 1940 году в Катыни, Медном и Пятихатках. Судом не было обнаружено новых доказательств, которые могли бы обязать российские власти возобновить расследование - так решила МП ЕСПЧ 16 апреля 2012 года.
Согласимся: это решение следует оценить как сенсационное в том плане, что более 20 лет руководство СССР и РФ каялось в преступлении, которое совершил кто-то другой. Можно полагать, что документы о катынском расстреле, появившиеся в конце 80-х годов «из рукава» члена Политбюро ЦК КПСС Александра Яковлева, не более чем фальшивка. После недолгих проверок судьи в Страсбурге стали попросту их игнорировать.
Дело рассмотрела Большая палата ЕСПЧ. В Страсбурге заявили, что принято окончательное решение: суд не признал Россию виновной.
Однако, остаются вопросы. Почему, собственно, появился этот иск? Ведь высшее руководство СССР и РФ действительно публично покаялись в преступлении, которое наша страна не совершала. А за антисоветский фильм «Катынь» Вайда, повторимся, был даже награжден российским орденом Дружбы. Что еще нужно? Аналитики считают, что причин обращения в Страсбурге у истцов две. Первая - политическая: в Польше все явственнее слышен голос геббельсовских пропагандистов, которые во всех бедах винят СССР и Россию. Именно такой подход к катынской трагедии нужен тем, кто хотел бы пересмотреть решения, принятые Нюрнбергским трибуналом, и снова впрячь Польшу в упряжку крайне правых антироссийских кругов ФРГ.
Вторая причина - экономическая. В случае осуждения России истцы и польское государство, возможно, намеревались потребовать от последней денежную компенсацию, размер которой, по оценкам специалистов, мог превысить 100 миллиардов долларов (См.: Александр Драбкин. Геббельс в Польше. - «Правда», 2013. - 1-6 ноября. - С. 7). Так что точка в «Катынском деле» еще отнюдь не поставлена, как бы ни старались сделать это сванидзе, млечины и прочие оголтелые клеветники-антисоветчики.
Как известно, весной 2010 года было достигнуто соглашение о передаче польской стороне заверенных копий материалов условного Катынского дела (к настоящему моменту польской стороне передано 148 из 183 томов этого уголовного дела).
Все это сопровождалось взаимными заверениями в дружбе и добрососедстве, которые, однако, постоянно омрачались различными польскими претензиями. Россию обвиняли то в гибели польского самолета, на котором летел президент Польши Лех Качиньский, то в том, что российские авиационные эксперты не так ведут расследование, то в том, что российский отчет о результатах расследования этой авиакатастрофы является неполным и недостаточно объективным.
Потом польский гнев вызвал факт замены российскими властями самовольно установленной поляками таблички на месте гибели Леха Качиньского под Смоленском. Вслед за этим негодование польских русофобов вызвала уже другая табличка, появившаяся близ польского городка Стшалково, на которой было написано: «Здесь покоятся 8000 советских красноармейцев, жестоко замученных в польских «лагерях смерти» в 1919 - 1921 гг.».
Тем не менее, в России на официальном уровне заявляется о качественно новом уровне российско-польских отношений. Польша также не остается в долгу. Недавно посол Польши в Москве Войцех Зайончковский заявил: «Есть государства, которые пытаются выставить России финансовый счет. Мы этого никогда не делали и делать не собираемся.» Однако следует поправить дипломата. Польша даже в советский период ставила вопрос о возмещении Советским Союзом материального ущерба гражданам польского происхождения, пострадавшим от сталинских репрессий.
Напомним, что впервые такое требование прозвучало в 1989 году из уст министра иностранных дел тогда еще Польской Народной Республики Кшиштофа Скубишевского во время визита последнего в Москву. Так Польша стремилась ликвидировать свою задолженность СССР в размере 5,3 млрд. инвалютных рублей (8 млрд. долларов по тогдашнему курсу). Как удалось выяснить, польский долг в середине 90-х годов списали, но Россия вместо благодарности получила - как всегда... Второй раз о возможных претензиях Польши на компенсации за Катынь заявил в июне 2008 года премьер министр Дональд Туск.
Страсбургский суд оставил в катынском деле много непроясненного: не установлены ни имена погибших, ни имена виновников их гибели. Такая неясность сохраняет вероятность новых судебных тяжб. Так что польская геббельсиада, вероятно, обретет новое дыхание. Не будем забывать: истина времени не подвластна!
Номер газеты:



























