Добавить комментарий
«Марш тунеядцев»: в поисках крайней хаты

Оппозиционные СМИ завалены историями о матерях-одиночках, отцах-одиночках, безработных, бабушках, дедушках, внучках и жучках. Все эти байки трогают до глубины души, аки слезинка ребенка в «Братьях Карамазовых».
Такая жалостливая фактура практически неисчерпаема, однако есть и позитив: по всем раскрученным в прессе моментам смогут адресно отработать местные власти. Напоминаем, что согласно внесенным в декрет изменениям местные Советы и исполкомы вправе освобождать от уплаты сбора граждан в связи с нахождением в трудной жизненной ситуации.
Оппозиция, однако, позитива в не увидела, а увидела простор для коррупции. Т.е. когда бизнесмен Кнырович продает трубы через откаты, это чуть ли не страдания за политические убеждения, а когда исполкомам делегированы полномочия освободить не имеющего средств гражданина от налога – это коррупция и показуха.
Далее. Последние изменения в декрете подчеркивают, что он направлен против категорий граждан, которые сознательно уклоняются от обязанностей по уплате налогов с легальной трудовой деятельности, а не против маргинальных элементов. Между тем, именно этот ярлык старательно навешивает либеральная пресса, манипулируя понятием «тунеядец». Как следствие подчеркнуто приличных граждан, вызывающих симпатии у читателя (матери-одиночки, уволенные по сокращению и т.д.) СМИ фактически приравнивают к бомжам, фарцовщикам, алкоголикам, накаляя тем самым градус неудовольствия в обществе. Претензии, однако, здесь уместны не к власти, а к «хартиям», «белсатам», «свободам» и их спонсорам.
Забавно и то, что люди, которые столько лет профессионально пинали социально-ориентированную модель белорусской экономики, теперь выступают за социальную защиту и дополнительные гарантии для населения. Рынок, что, умыл невидимую руку? Теперь вокруг одни борцы за социализм?
Само собой, аудитория прессы почитала и прослезилась, особенно от матерей, пришедших митинговать с черпаками. Тут мы, кстати, напоминаем, что декретный отпуск в Беларуси составляет три года, в его рамках выплачивается ежемесячное пособие на ребенка, а услуги детского сада оплачиваются только в объеме питания.
Для сравнения – оплачиваемый декретный отпуск в США отсутствует; будущие мамы могут воспользоваться неоплачиваемыми двенадцатью неделями отпуска, при этом им не гарантирована сохранность рабочего места. Декретный отпуск в Европе в совокупности с отпуском по уходу за ребенком варьируется от 16 до 36 недель. Из них 12-14 недель занимает оплачиваемый восстановительный период, остальное время в зависимости от государства оплачивается частично либо не оплачивается вовсе. Но ни одно оппозиционное издание об этом не написало – вместо этого идет картинка, будто у нас одни декретницы на митингах.
Подчеркнем также, что при разработке декрета не ставилась задача неким волшебным образом трудоустроить «безработных», а велась борьба с легализацией нелегальных доходов тех, кто может и должен платить.
В прессе также раскручиваются истории потерпевших садоводов-огродников, которые, дескать, честно «работали на себя», а полицейское государство их коварно записало в нахлебники. Между тем, лица из приведенной категории не стали оформлять ни крестьянско-фермерское хозяйство, ни регистрацию в качестве ремесленника и не уплачивали соответствующий сбор. В итоге получается, что зарегистрированные крестьянско-фермерские хозяйства платят налог и за себя и за того митингующего парня.
При этом СМИ и сайты, которые громче всех кричат, что «простой народ притесняют», прекрасно знают, как работать по-черному и как уходить от налогообложения. Потому на воре и горит норковая шапка (или пиджак из Вильнюса).
Напоминаем также, что еще в январе 2015 года на совещании Лукашенко анализировалась проблема борьбы с иждивенчеством. При подготовке нормативного акта было подчеркнуто, что в стране около 500 тысяч трудоспособных людей официально не работают, не платят налоги, но при этом пользуются социальными благами.
Таким образом, в стране сформировалась статистически достаточно большая группа, которая по разным причинам (к примеру, трудовая миграция, теневая экономическая деятельность) не участвует в формировании государственной казны.
Одновременно никуда не делись категории населения, находящиеся на полном попечении государства (инвалиды, недееспособные), а также здравоохранение, образование, транспорт, пенсионное обеспечение, требующие дополнительных финансовых вливаний на фоне сокращения внешних нефтегазовых дотаций.
Разумеется, все, что касается фискальной сферы, должно быть продумано до тончайших мелочей с учетом интересов всех категорий населения. Однако ситуация осложняется тем, что белорусские фискальные органы много лет подряд были ориентированы в основном на поиск «финок», борьбу с уходом от налогообложения юрлиц и пр., в то время как практики работы по перечисленным в статье категориям физлиц у них не было. В итоге был подготовлен достаточно сырой проект декрета, который впоследствии уточнялся – очевидно, что в таком случае трудности правоприменения неизбежны. Но стоит ли из-за этого подымать клич к массовым протестам?
Накануне имели место грубые провокации – например, рассылка поддельных писем из налоговой с последующим взятием комментариев у бабушки «які жах, сэрца адразу схапіла» и т.д.
В связи с этим напоминаем, что для оппозиционных организаций и СМИ наиболее эффективным направлением работы сейчас является политизация социальной сферы – она, в отличие от «погони», флага и прочей дежурной повестки получает хороший отклик у населения. В минувшем году мы уже наблюдали призывы к маршам и акциям во время протестов ИП и изменения тарифов ЖКХ.
Однако отметим, что большинство участников уличных протестов не относит себя ни к «тунеядцам», ни к оппозиционному активу. Протест против Декрета №3 объединил, в первую очередь, недовольных ухудшающимся социально-экономическим положением в стране – но от незаконных акций, а также от призывов отнимать и делить это положение не улучшится ровным счетом никак.
Андрей Лазуткин



























