Добавить комментарий
Козырная карта капитализма
В год столетия Великого Октября либерал-«реформаторы» усиливают нападки на его идеи и принципы, воплощённые в Советской стране. Ничего нового в их писаниях и выступлениях нет. По-прежнему главный упор делают на то, что социализм, ради которого свершалась революция, проиграл в СССР экономическое соревнование с капитализмом. «Это было закономерно и неизбежно», — повторяют они уже больше четверти века.
В лабиринте «объективных причин»
Если бы о неизбежности победы капиталистической экономики над социалистической говорили только либералы и властители «новой» России, составляющие один антикоммунистический лагерь. К ним порой присоединяются даже те, кто симпатизирует социализму. Как, например, доктор политических наук Всеволод Шимов, выступивший в статье «Красный день календаря», опубликованной в газете «СБ.Беларусь сегодня», против «широко распространённого убеждения, что глобальный проигрыш советской системы был обусловлен внутренними изъянами социализма как идеологии и политико-экономической практики». И одновременно в той же статье доказывающий, что «советская (социалистическая) система (не имевшая, по его словам, приведённым выше, внутренних изъянов) была обречена… из-за непосильности задач, перед ней стоявших».
Стараясь подтвердить свой вывод, подозрительно схожий с либерал-«реформаторским», он поясняет: «Ирония истории заключается в том, что революционная социалистическая доктрина была изначально ориентирована на развитые индустриальные страны Запада, однако революция «выстрелила» в одном из наиболее слабых звеньев капиталистической системы - России… К подобной роли Россия - СССР была категорически не готова. В XX век Россия вошла с более низкими стартовыми позициями, чем большинство европейских стран и США, намного отставая от них по уровню технологического развития».
Спору нет, Россия намного отставала от капиталистических стран Запада. Как бы ни прославляли её предреволюционный «рывок в будущее» и «процветание» нынешние либеральные политики и учёные, правду не скрыть.
Доля её в общемировом производстве в 1913 году составила 5,3 процента, а США, Германии, Англии и Франции - 71,9. По размерам валового национального продукта на душу Россия уступала США в 9,5 раза, Англии - в 4,5, Канаде - в 4, Германии - в 3,5 раза, Франции - втрое.
При «рывке в будущее», восхваляемом либералами, отставание её от ведущих капиталистических стран увеличивалось. В 1913 году ВНП России соотносился с ВНП Германии, например, как 3,3 к 10, в то время как в 1850 году соотношение равнялось 4 к 10. А уровень производительности труда в промышленности, определяющий эффективность экономики, был меньше, чем в США, в девять, Англии — в пять и Германии — в четыре раза.
Безнадёжно отставало и сельское хозяйство. В самом благоприятном для земледельцев 1913 году Россия собрала с десятины 55 пудов пшеницы и 56 — ржи, Германия — 157 и 127, Голландия — 160 и 122, Бельгия — 168 и 147 пудов, почти втрое больше. По сбору зерновых на душу населения США опережали её в два, Аргентина — в три, а Канада — в четыре раза. То, что Россия кормила своим зерном пол-Европы, — лукавые сказки либерал-«реформаторов». Экспорт зерновых, который они превозносят как поразительное её достижение, удовлетворял лишь 6 процентов западноевропейских потребностей в хлебе и был преступлением против собственного народа, обречённого на полуголодное существование.
Это признавали даже царские министры. «Если сравнивать потребление у нас и в Европе, то средний размер его на душу составит в России четвёртую или пятую часть того, что в других странах считается необходимым для обычного существования», - писал министр финансов Сергей Витте. «Россия фактически не вылезает из состояния голода то в одной, то в другой губернии, как до войны, так и во время войны», - констатировал министр земледелия Александр Наумов. В 1901-1902 годах голод охватил 49 губерний, в 1905-м, 1906-м, 1907-м и 1908-м — от 19 до 29 и в 1911—1912 годах (пик Столыпинской реформы) — 60 губерний. В засушливом 1911-м, когда в стране голодали 30 миллионов крестьян, за границу было вывезено 13,5 миллиона тонн зерна.
«От плохой пищи народ худеет, болеет, — с горечью писал один из лучших знатоков деревни, смоленский помещик, агроном Александр Энгельгардт. — А мы хотим конкурировать с американцами, когда нашим детям нет белого хлеба даже в соску? Если бы матери питались лучше, то и дети росли бы лучше и не было бы такой смертности, не свирепствовали бы все эти тифы, скарлатины, дифтериты. Продавая немцу нашу пшеницу, мы продаём кровь нашу, то есть мужицких детей».
Чем обернулась эта продажа, показывают цифры официальной царской статистики. Из 6—7 миллионов рождённых младенцев 26 процентов — вчетверо больше, чем, к примеру, в Швеции, — не доживали до одного года, а 45 процентов — до пяти лет. Значит, за 1880 —1916 годы от голода и болезней умерли более 95 миллионов детей, из них почти 45 миллионов — за годы царствования Николая II, прославляемого верхами «новой» России и канонизированного церковниками. А всего за время правления «святого» самодержца, облагодетельствовавшего народ указом «О приготовлении хлеба из барды и соломенной муки, как могущего заменить употребление обычного ржаного хлеба», от голода и вызванных им болезней умерло больше шестидесяти миллионов человек.
Всю глубину трагедии чувствуешь, читая полные боли и гнева статьи Льва Толстого, произведения Николая Некрасова, Фёдора Решетникова и других, душой живших с народом, очевидцев бедственного положения крестьянства.
Что можно к этому добавить? Разве то, что из всей внешней задолженности всех стран мира, составлявшей к началу 1917 года 16385 миллионов долларов, на «процветавшую» Россию приходилось 5937 миллионов — 32,6 процента. Выплатить такой долг она не смогла бы никогда. И была обречена превратиться из зависимой страны в полуколонию.
Так что исходная точка в размышлениях доктора наук В. Шимова — о неравных стартовых условиях в экономическом соревновании советского социализма с капитализмом - абсолютно верна. Как и приведённый им перечень других объективных причин, усугубивших неравенство условий в этом соревновании: разрушительные потери, материальные и людские, в Первой мировой, Гражданской, затем — Великой Отечественной войне. К тому же социалистический лагерь, сформированный после разгрома фашизма, отмечает учёный, «был укомплектован странами, в наибольшей степени пострадавшими от военных действий, и их восстановление осуществлялось за счёт лежавшего в руинах СССР. В свою очередь, глобальные конкуренты СССР были представлены странами, на территории которых либо в принципе не велось боевых действий (США), либо масштабы жертв и разрушений были несопоставимы с советскими (страны Западной Европы)».
В то же время автор признаёт, что, «невзирая на изначально проигрышные позиции и изначальное технологическое отставание», СССР демонстрировал «весьма впечатляющие успехи во внутреннем развитии»: вышел на мировой уровень в ряде отраслей и достиг существенного («впечатляющего», повторяет он) роста благосостояния своих граждан. Действительно, средний прирост внутреннего национального продукта СССР (не беру ошеломившие мир темпы первых пятилеток) с 1946 по 1985 год (после Победы до горбачёвской перестройки) составлял семь процентов, а в США — 3,2 процента. Советская экономика развивалась в 2,2 раза быстрее! ВНП СССР за это время, по данным ЦРУ, вырос с 25 до 56 процентов от ВНП США. Если в 1960 году объём промышленной продукции СССР по сравнению с Соединёнными Штатами составлял 55 процентов, то через 20 лет, в 1980 году, — уже более 80 процентов. Советский Союз обогнал ведущую капиталистическую страну на таких важнейших направлениях технического прогресса, как космические исследования, применение атомной энергии в мирных целях, и достиг ядерного паритета с Западом.
И даже в «застойную» пору (1981—1985 годы) валовой внутренний продукт в СССР прирастал в полтора раза быстрее, чем в США. Несмотря на урон, нанесённый перестройкой, в 1990 году СССР производил больше, чем США, металлорежущих станков и минеральных удобрений — в 1,5 раза, тракторов — почти в
5 раз, цемента — в 1,8, хлопчатобумажных тканей — в 2 раза, в 1,3 раза — стиральных машин, в 3,3 раза — сахарной свёклы, в 1,6 — молока, в 1,4 — яблок, выплавлял в 1,8 раза больше стали, добывал в 1,5 раза больше газа и нефти, почти вдвое превосходил США по улову рыбы и добыче других морепродуктов.
Откуда же вывод о неизбежном экономическом проигрыше советской социалистической системы, обречённой «из-за непосильности задач, перед ней стоявших»? Советский социализм, как видим, успешно преодолевал объективные причины своего изначального отставания от капитализма и обеспечивал более высокие темпы развития экономики. Этот успех был тем более поразительным, что неравные условия соревнования неимоверно усиливала ещё одна объективная причина, о которой умолчал доктор политических наук и никогда не говорят либералы. Причина, корни которой уходят в святая святых капитализма.
Отсроченный финал
Ещё сто с лишним лет назад миллионер, финансовый король СесильРодс рассказал об идее, в которой он окончательно утвердился, послушав на собрании безработных в лондонском Ист-Ленде «дикие речи, бывшие сплошным криком: хлеба, хлеба!» «Моя заветная идея, — говорил он, — есть решение социального вопроса, именно: чтобы спасти сорок миллионов жителей Соединённого Королевства от убийственной гражданской войны, мы… должны завладеть новыми землями для помещения избытка населения, для приобретения новых областей сбыта товаров, производимых на фабриках и рудниках. Империя, я всегда говорил это, есть вопрос желудка». И необходимо решить этот вопрос, «если вы, предупреждал Родс, не хотите гражданской войны».
Финансовый король понял главное: капитализм оказался на грани краха. Даже при безудержной эксплуатации и 10-часовом рабочем дне он уже не мог решить «вопрос желудка» — обеспечить потребности подавляющего большинства народа. В общем-то, поняли это многие из высших, власть и собственность имущих слоёв общества во всей Западной Европе. «Вследствие растущей сложности жизни и трудности, давящей не только на рабочие массы, но и на средние классы, во всех странах старой цивилизации скопляется нетерпение, раздражение, ненависть, угрожающие общественному спокойствию; энергии, выбиваемой из определённой классовой колеи, надо найти применение, дать ей дело, — выражая идею, овладевшую «верхами», писал французский философ Жан Валь, — вне страны, чтобы не произошло взрыва внутри».
Конечно, и раньше «страны старой цивилизации» овладевали новыми землями и, вывозя по дешёвке, а то и даром их богатства, умножали свои. Но даже при этой «подпитке» капиталистический механизм уже не мог создать для основной массы народа своих государств минимально приемлемые условия жизни. Верхи осознали, что после революционных потрясений ХIХ века, особенно после восстания лионских ткачей и «просветления» пролетариата, когда по Европе, как справедливо отмечали в «Манифесте Коммунистической партии Карл Маркс и Фридрих Энгельс, уже бродит призрак коммунизма, капитализм, исчерпавший свои возможности, вступает одной ногой в могилу и спасти его можно только «делом вне страны».
Что же скрывалось за столь респектабельной формулировкой? В результате «дела вне страны» за 33 года — с 1865 по 1898-й — доход Англии от внутренней экономики возрос приблизительно вдвое, а доход «от заграницы» — в девять раз! Безудержный грабёж экономически неразвитых государств стал спасательным кругом для капитализма. Этот вселенский грабёж возглавил окрепший на грабительских прибылях от эксплуатации собственного пролетариата и колоний финансовый капитал. Избыток его (хотя какой тут избыток при нищете народа!) начали направлять в отстававшие страны, где при дешёвом сырье, низкой цене земли и заработной плате прибыль была особенно высока. А для более эффективного её выкачивания применили самый мощный — финансовый — насос. «Внутри страны нет ни одного гешефта, который давал хотя бы приблизительно столь высокую прибыль, как посредничество при выпуске иностранных займов», — писал в 1913 году немецкий журнал «Банк». В итоге с внешнего мира капитализм сдирал (смотрите приведённое в начале абзаца соотношение доходов) в четыре с лишним раза шкур больше, чем с внутреннего.
«Когда грабёж становится способом жизни группы людей, они вскоре создают для себя легальную систему, которая разрешает это, и моральный код, который прославляет это», — писал в книге «Грабёж по закону» французский экономист Фредерик Бастиа. Суть, или, как говорят философы, сущностные признаки грабительской системы капитализма, превратившейся во всемирного вампира, раскрыл в своих гениальных трудах В.И. Ленин. Прежде всего — в работе «Империализм, как высшая стадия капитализма». Перечисляя основные признаки империализма, Владимир Ильич подчеркнул, что «вывоз капитала, в отличие от вывоза товаров, приобретает особо важное значение». И, чтобы стало понятнее, насколько важное, повторил: «Империализм есть капитализм на той стадии развития, когда… приобрёл выдающееся значение вывоз капитала». То есть главное орудие грабежа.
Все остальные чётко сформулированные В.И. Лениным признаки империализма — концентрация производства и капитала, которая создала монополии, играющие решающую роль в хозяйственной деятельности, слияние банковского капитала с промышленным и создание на базе этого «финансового капитала» финансовой олигархии, образование международных монополистических союзов, делящих мир, и завершение территориального раздела земли крупнейшими капиталистическими державами — обеспечивали невиданный масштаб этого грабежа.
В результате, отмечает В.И. Ленин, капитализм «выделил… горстку (менее одной десятой доли населения земли, при самом «щедром» и преувеличенном расчёте менее одной пятой) особенно богатых и могущественных государств, обладающих финансовой «мощью», которые «грабят — простой «стрижкой купонов» — весь мир». Ядром этой глобальной парикмахерской-живодёрни стали США, Германия, Англия и Франция. «Вместе эти четыре страны имеют 479 миллиардов франков, т.е. почти 80% всемирного финансового капитала. Почти весь остальной мир, — читаем мы в гениальном ленинском труде о высшей стадии капитализма, — так или иначе, играет роль должника и данника этих стран — международных банкиров, этих четырёх «столпов» всемирного финансового капитала».
К ним примкнули «столпы» поменьше — нажившиеся также за счёт эксплуатации собственного пролетариата и колоний Голландия, например, Португалия, Испания, Дания, Италия. Каждый из них принял участие в «стрижке» слаборазвитых стран соразмерно своему капиталу. А все вместе явили миру, по словам известного британского экономиста Джона Гобсона, «обычай экономического паразитизма, в силу которого господствующее государство использует свои провинции, колонии и зависимые страны для обогащения своего правящего класса и для подкупа своих низших классов, чтобы они оставались спокойными». Так был решён «вопрос желудка империи». Капитализм спасся от угрожавшего ему неизбежного, казалось бы, финала. И создал себе «подушку безопасности» — самый мощный в мире экономический потенциал.
Финансовый насос, или Тройная удавка вампира
Эта объективная причина ещё больше увеличила неравные условия соревнования социализма с капитализмом. Советский Союз строил социалистическую экономику за счёт собственных ресурсов и возможностей. Запад свою, капиталистическую, укреплял в основном за счёт грабежа «вне страны». Действовал он теми же методами, которые раскрыл и глубоко проанализировал В.И. Ленин.
Главным орудием экономического живодёрства остался финансовый насос, многократно повысивший свою мощь. С 1914 по 1990 год вывоз капитала из США, Англии, Франции и Германии в слаборазвитые страны возрос почти в десять раз. «Самая обычная вещь: условием займа становится расходование части его на покупку продуктов кредитующей страны, особенно на предметы вооружения, на суда и т.д.» — один из грабительских методов финансового капитала, о котором пишет В.И. Ленин, стал использоваться ещё активнее. Прибыль, получаемая США и их союзниками от кредитов на закупку оружия и товаров (продуктов) слаборазвитыми странами, в том числе и из-за разорительных войн между ними, спровоцированных капитализмом, к началу 1990-х увеличилась в десятки раз.
«Известна, далее, свойственная картелям и финансовому капиталу система «вывоза по бросовым ценам», «выбрасывания», как говорят англичане: внутри страны картель продаёт свои продукты по монопольной — высокой цене, а за границу сбывает втридёшева — чтобы подорвать конкурента, чтобы расширять до максимума своё производство». И от этого грабительского метода столетней давности, отмеченного В.И. Лениным, капитализм не отказался на новой, империалистической, стадии. Наоборот. Обычными стали акции наподобие той, что во второй половине прошлого века была проведена против Сомали и ряда других африканских стран. Сбытом дешёвого мяса Франция и Германия надолго подорвали их животноводство, а затем начали продавать продукцию собственных фермеров уже по дорогой цене. Временный демпинг, расчищавший дорогу своим товарам и помогавший расширить своё производство, успешно применили на территории латиноамериканских стран США.
Но то был лишь верх айсберга.
«Несмотря на абсолютное увеличение промышленного производства и промышленного вывоза, возрастает относительное значение для всего народного хозяйства доходов от процентов и дивидендов, от эмиссий, комиссий и спекуляции», — приводя слова немецкого экономиста Герхарта Шульце-Геверница, В.И. Ленин подчёркивал решающую роль «этих проделок и мошенничества» во всемирном капиталистическом грабеже.
Эти «проделки и мошенничество» на высшей стадии капитализма стали одним из его главных и самых прибыльных дел. Особенно с середины прошлого века, когда США начали стремительно в возрастающих масштабах печатать доллары и уже к концу 1960 годов всего золотого запаса не хватило, чтобы обеспечить им продукцию денежного станка. Спасая свою финансовую систему, Белый дом 15 августа 1971 года отменил золотое обеспечение доллара — и тот превратился в пустую бумажку. Это подтверждают и американские профессора-экономисты. «Доллары, по существу, являются декретивными деньгами, они — деньги потому, что так сказало государство, а не потому, что выкупаются каким-либо драгоценным металлом», — пишут они в книге «Экономикс».
Понятно, что в любую страну доллары попадают не в качестве подарка. Взамен их (прямо или опосредованно) оттуда уходят в США реальные блага. Нескончаемой лавиной пустых бумажек, за которые мир расплачивается нескончаемой лавиной товаров, США стали укреплять свою мощь и ослаблять другие страны. С самого начала это мошенничество приняло масштабы поистине грандиозные. Президент Никсон был вынужден публично признать, что «во внешнем мире» долларов втрое больше, чем в США.
Суть строя, пока он существует, не меняется, меняются лишь некоторые формы проявления этой сути. Чтобы увеличить «сброс» долларов, Вашингтон рекомендовал (читай: приказал) слаборазвитым странам провести сжатие их национальной денежной массы, «научно обоснованное» обслуживающими его финансовыми институтами. Вместо нормального обеспечения ею не менее 60—120 процентов от ВВП, там установили рубеж ниже пороговых 40 и даже для государств типа Уругвая Ботсваны и Гондураса ниже критических 30 процентов. Нехватка собственных денег, блокировавшая развитие экономики, стала восполняться кредитами «декретивных» долларов.
Бедные страны угодили в двойную финансовую удавку. Отдав за виртуальные доллары свои природные ресурсы и товары, которые производят, затем отдавали с процентами и полученные кредиты, увеличивая свой долг и в обоих случаях бесплатно работая на обогащение США. А те к двойной удавке добавили третью. В государствах с отсталой экономикой был занижен курс национальных валют по отношению к доллару. Вместо реального соотношения, которое отражает паритет покупательной способности (ППС), признанный ООН объективным показателем для международных сопоставлений, там ввели, опять-таки по рекомендации (читай: по требованию) США, соотношение, вдвое, а то и втрое занижающее истинную цену национальных денег.
Характерно, что эти удавки были наброшены только на отсталые страны. В европейских капиталистических денежную массу не сжимали, количество национальной валюты оставалось близким к ВВП или превышавшим его. Не снизили там и реальное, основанное на паритете покупательной способности соотношение их денег с долларом. Таким образом, европейский финансовый капитал вместе с американским вёл целенаправленный грабёж периферийных и развивающихся стран. К 1990 году уже до 15 процентов операционной прибыли компаний и до 40 процентов бюджетных расходов в государствах Африки и Латинской Америки, затянутых финансовой петлёй «развитого капитализма», шли на погашение долгов США и их союзникам.
Механизмы этого вселенского грабежа («проделок и мошенничества») капитализма, достигшие чудовищных размеров во второй половине прошлого века, показал доктор экономических наук Валерий Байнёв («Финансовый фашизм без маски и прикрас». — «Правда» за 26—28 октября 2012 года). Слово «фашизм» вынесено в заголовок не случайно. Если фашистская Германия для завоевания мирового господства поставила себе на службу экономику всей Западной Европы, то США вместе со своими сателлитами — для достижения той же цели — экономику доброй половины мира.
Но даже столь веская объективная причина, как, впрочем, и все остальные, не помешала социализму на всём протяжении советской истории обеспечивать более высокие по сравнению с капитализмом темпы экономического развития.
Иначе они не могут
Замалчивая это, либералы — от нынешних постояльцев Кремля до их «болотных» оппозиционеров-соратников — злобно обрушиваются на ненавистный им социализм. С газетных страниц и экранов уже более четверти века внушают, что «слабая социалистическая экономика» не выдержала гонки вооружений — оттого и «рухнул» Советский Союз. Хотя даже академик А.Д. Сахаров — сакральная икона всей «либеральной демократии» — писал в 1987 году: «Нет никаких шансов, что гонка вооружений может истощить советские материальные и интеллектуальные резервы и СССР политически и экономически развалится — весь исторический опыт свидетельствует об обратном».
Но официозные СМИ услужливо доводят до зрителей и читателей ещё одну «достоверную» информацию: Советский Союз, опять-таки из-за «слабой социалистической экономики», подсел на нефтяную иглу, что и закончилось — после обвала цены на нефть — его крушением. Но доходы СССР от экспорта углеводородного сырья Западу, составлявшие в 1965 году порядка 0,67 миллиарда долларов, увеличились к 1985 году в 19,2 раза и составили 12,84 миллиарда долларов. При тогдашнем соотношении доллара к советскому рублю (0,705 рубля за доллар) — всего лишь 2,3 процента бюджета СССР, превысившего в тот год 372 миллиарда рублей. Это и была та самая «нефтяная игла», которая, по утверждению либералов, убила великую державу? Брэд сив кэйбл, сказал бы анекдотический персонаж, бахвалившийся знанием английского языка.
В один ряд с подобным бредом можно поставить и сенсационное «открытие» Владимира Путина, что Советский Союз торговал только резиновыми галошами, в действительности относящееся к царской России. Это она представила на Всемирной выставке в Париже, открытой накануне ХХ века, свой, как принято говорить нынче, «бренд» — пирамиду из 30 тысяч галош. Советский же Союз экспортировал свою продукцию, в том числе высокотехнологичную, — станки, кузнечно-прессовые машины, турбины, тракторы, прокатное оборудование — более чем в 150 стран мира, и немало того, что он производил, покупали США, Германия, Англия и все остальные государства Евросоюза.
Но, стараясь доказать неэффективность социалистической экономики, либералы вбрасывают в официозные СМИ очередную «достоверную» информацию — об огромных долгах СССР. Хотя внешний долг Советского Союза в 1985 году составлял 25 миллиардов долларов (для сверхдержавы со второй экономикой в мире сумма мизерная), а Советскому Союзу другие страны были должны 150 миллиардов долларов. Очередная ложь либералов разоблачена в статье доктора экономических наук Олега Черковца «Долги не советские, а горбачёвские» («Правда» от 18 августа с.г.). Начав развал социалистической экономики, Горбачёв за одно пятилетие увеличил внешний долг СССР впятеро и в 10 раз уменьшил его золотой запас.
Но либерал-«реформаторам» истина — не указ. Доказывая свою правоту, они приводят «коронный» довод: «Согласно коммунистической теории, капитализм давно гниёт, а на деле он развивается». Да, действительно, В.И. Ленин, отмечая отличительные черты империализма, охарактеризовал его как «паразитический или загнивающий капитализм». Но тут же, через одну фразу, сделал принципиально важное уточнение: «Было бы ошибкой думать, что эта тенденция к загниванию исключает быстрый рост капитализма…» Заметьте: не просто рост, а быстрый рост! С прозорливостью учёного, познавшего глубину и диалектику социально-экономических процессов, он понимал, что рост паразитического, загнивающего капитализма может быть обеспечен грабежом слабых стран, оживляющим его двигавшуюся к гибели экономику и создающим возможность частью полученной сверхприбыли подкупать трудовые слои населения.
Предвидение и предостережение вождя социалистической революции полностью сбылось. «При всех противоречиях внутри стран «золотого миллиарда» эта современная Золотая Орда выступает по отношению к отсталым и зависимым странам как одна банда кровососов, — констатировал известный экономист, кандидат философских наук Олег Титов. — Во второй половине ХХ века… при оплате труда туземцев на уровне абсолютно физиологически необходимого минимума буржуазия стран «золотого миллиарда» сумела поднять зарплату большей части своего национального пролетариата до уровня, превышающего всю создаваемую им стоимость, превратив его в так называемый средний класс, т.е. в квазипролетариат, который, даже работая до седьмого пота, паразитирует вместе со своей национальной буржуазией на туземном трудовом люде. Может ли, — не без сарказма спрашивал О. Титов, — быть революционным «пролетарий», если добрая половина его заработка, как у среднего американца, вынута из туземного кармана и эта половина в 3 — 4 раза превосходит средний заработок туземца»?
Увы! Подкупленные буржуазией трудовые слои населения в странах «продвинутого» капитализма приняли созданную им легальную систему грабежа и код, который прославляет её. Они стали стремиться, как справедливо отметил О. Титов, не к уничтожению паразитического строя, а к укреплению, к улучшению своего положения в его рамках.
Выступая в сентябре 1960 года на юбилейной сессии Генеральной Ассамблеи ООН, Фидель Кастро привёл леденящие душу цифры: по вине капитализма из-за голода и вызванных им болезней в отсталых и зависимых странах каждые десять лет умирает людей больше, чем было убито во всём мире за все войны, которые вело человечество. «Звери не поедают себя, волки волками не питаются, в отличие от людей, которые легко «пожирают» себе подобных» — этот горький вывод академика Сергея Капицы как нельзя лучше дополняет предельно точно сформулированный доктором экономических наук Валерием Байнёвым основной морально-нравственный закон капитализма: «Человек человеку корм».
Поддавшаяся подкупу буржуазии, перенёсшей акцент с грабежа собственного народа на грабёж для собственного народа, значительная часть пролетариата из потенциального гробовщика капитализма превратилась в его социальную опору. И стала органической частью людоедского строя.
У последней черты
Именно такой строй — «цивилизованный капитализм», одержавший, как они постоянно твердят, экономическую победу над социализмом, объявили своей конечной целью либерал-«реформаторы». Мечтою ввести Россию в этот «цивилизованный мир» капитала, сделать органической его частью не раз принародно делился Путин.
Говорят, мечтать опасно, потому что мечты могут сбыться. А если сбудутся, то Россия угодит, выражаясь языком наших предков, как кур во щи. Мир уже поделён, и России грабить тех, кого грабит Запад, он не позволит. А без грабежа «вне страны» капитализм — что вампир без крови: скорее мёртв, чем жив. Чтобы не откинуть копыта и развиваться, западный капитал довёл в наши дни систему финансового грабежа до немыслимых форм и масштабов — это блестяще раскрыто в трудах доктора экономических наук Дмитрия Валового. Приведу лишь одну выдержку: «Сегодня на финансово-валютных рынках прокручивается ежедневно более пяти триллионов долларов! Это треть годового объёма мировой торговли. Но только один-два процента валютных операций обслуживают реальные потоки товаров и услуг. Все остальные — аферы, спекуляции и махинации».
При этом главные прибыли, как отмечал В.И. Ленин, «достаются гениям финансовых проделок». По данным ООН, в канун нового, ХХI века три самых богатых человека в мире владели средствами, превосходящими совокупный ВВП 48 беднейших стран; совокупное состояние 200 самых богатых людей больше, чем доходы 41 процента населения Земли. Разрыв между богатейшей одной пятой населения мира и беднейшей его частью составил 82:1.
Но все сатанинские проделки и мошенничество были лишь кислородными подушками, временно оживляющими капитализм. Хватало их не надолго. К 1930 году он вполз в кризис, наполовину разрушивший экономику. И в США стал спасаться переходом к государственному регулированию и плановым методам, заимствованным у социализма. «Рузвельт, — писала тогда американская пресса, — ввёл экономические законы (имеются в виду не объективные законы экономики, а принятые в государстве. — О.С.), по жестокости намного превосходившие экономические законы большевистской России». Понятно, при частной собственности они сработали лишь частично. Основным остался естественный для капитализма метод грабежа «вне страны». Но даже такой, возросшей по размерам, подпитки оказалось недостаточно: темпы экономического развития всё равно были ниже, чем у Советского Союза, развивавшегося, повторю, за счёт собственных ресурсов. И экономику США снова сотрясали кризисы: в 1957-м, 1973 году. А к концу 1980-х годов кризис охватил все западные страны.
Только развал СССР и социалистического содружества, организованный под управлением США «пятой колонной», спас капитализм. На Запад стали работать рынки, дешёвые кладовые сырья и трудовые ресурсы бывших соцстран, и в его мошну потекли новые триллионы долларов. Однако и этой «кислородной подушки» оказалось мало. В 2008 году США сотряс новый кризис. Чтобы выползти из него, там стали ещё больше раздувать «финансовый пузырь». Ежегодно печатают два миллиарда долларов. За 16 последних лет госдолг США вырос с 400 миллиардов до 17 триллионов долларов. Всё благополучие США держится на мошенничестве и проделках.
Российский капитализм, которому не дадут залезть в карман всего человечества, вынужден возмещать эту «обидную дискриминацию» за счёт собственной страны. Масштабы его наживы на труде соотечественников показаны профессором Виктором Трушковым в книге «Пролетариат современной России». «На 1 руб. зарплаты наёмного работника, — сообщает автор, — нынешний российский капиталист имеет 9,5 руб. дохода. Такой дикой эксплуатации труда, кажется, не знал даже колониальный мир».
За десять лет реставрации капитализма в России половина богатства и собственности страны перекочевала в руки 150 новоявленных миллиардеров. По числу долларовых миллиардеров она вышла на третье место в мире, общее богатство ста одного миллиардера превысило 60 процентов годового бюджета Российской Федерации, а пропасть между самыми богатыми и бедными составляет, по данным независимых экспертов, более чем сорок к одному.
Грабёж собственного народа ведётся совместно с иностранным капиталом, удельный вес которого в экономике России доведён до 75 процентов. Уже 95 процентов крупной собственности выведено из её юрисдикции и находится в офшорных зонах. Иностранные собственники всё больше завладевают российскими банками.
Если Советский Союз стремительно догонял США по уровню экономического развития, то «новая Россия», превратившись в сырьевой придаток, всё больше отстаёт от ведущих капиталистических стран. Разрушив СССР, её руководство завело свой народ в исторический тупик. Опасность увеличивается ещё и потому, что не по своей, как писал В.И. Ленин, «особой злобности», а «для получения прибыли» капиталисты используют как «чисто экономические», так и «внеэкономические (например, военные)» меры. «Что нам сейчас нужно — так это экономический эквивалент войны. На самом деле Великую депрессию свела на нет программа многочисленных общественных расходов, более известная под именем Второй мировой войны», — заявляет Нобелевский лауреат, советник группы банков Федеральной резервной системы США Пол Кругман. Столь же «экономически эффективной» подпитки капитализма требуют и другие руководители международных финансовых институтов. Следует отметить, что начало ливийской и ближневосточных (Ирак и Сирия) войн предсказали не политики, а экономисты, лучше всех понимающие их основную причину. И сейчас некоторые из них уже вслух говорят о возможной войне с ослабевшей «кладовой мировых ресурсов» Россией. Не останься у неё советского ядерного потенциала — вопрос об «экономическом эквиваленте войны» уже был бы решён.
Но больше всего тревожит, что либерал-«реформаторские», олигархические верхи всеми силами пытаются увести народ от своей, российской, идентичности, «переформатировать» его. Они создали легальную систему, разрешающую грабёж, который стал способом их жизни, и моральный код, который прославляет это. И в дьявольскую воронку, противную русской, российской душе, втянули деньгами, награбленными у народа, и продолжают втягивать, подкупая так называемые элитарные слои, «роскошная» гниль от которых разносится с экранов, трибун и кафедр. Слои, которые прикрывают творящееся злодеяние благотворительностью, заставляя вспомнить жёсткую реплику Пьера Прудона: «Благотворительность — забава грабителей».
Ненависть к Советскому Союзу захлёстывает их ещё и потому, что социалистическая экономика, в отличие от капиталистической, — экономика нравственная. И сказками об экономическом проигрыше социализма они пытаются одурманить народ. Скрывая главное — то, что социализм, несмотря на неравные условия соревнования, развивался быстрее капитализма. И причина слома его — в предательстве тех, кто возглавлял партию и страну. Предательстве не одномоментном — оно началось в хрущёвские времена и на определённом этапе, как справедливо отметил Д.В. Валовой, наша хозяйственная система стала противоречить азам марксистско-ленинской экономической системы. Но даже несмотря на эту причину, основа социализма, созданная под руководством титанов — В.И. Ленина и И.В. Сталина, была настолько прочна, что он обеспечивал более быстрое, по сравнению с капитализмом, развитие экономики.
Пришедшие на вершину власти Горбачёв и Ельцин не способны были понять, что благополучие капиталистических стран Запада создано на грабеже доброй половины мира. Именно это пытаются всеми доступными способами скрыть либерал-«реформаторы». И надо признать, добиваются определённого успеха. Мне уже доводилось писать о парадоксе плюрализма в одной голове, который создаёт официозная пропаганда. И сейчас две трети россиян, желавших бы, по опросам социологов, жить в Советском Союзе и при социализме, в то же время поддерживают Путина — главную нынешнюю опору капитализаторов. Общество дезориентировано. Значит, те, кто поставил целью своей вывести Россию из исторического тупика, сделали далеко не всё, чтобы раскрыть народу козырную карту капитализма.
Олег СТЕПАНЕНКО, корреспондент газеты «ПРАВДА» по Беларуси
