Добавить комментарий
ОГП, Немцов и первые грязные схемы российско-белорусской «интеграции»
В 2001-2002, как и сейчас, основная политическая повестка крутилась вокруг российско-белорусских отношений. Будущее Союзного государства, которое подписали с Ельциным, было туманным, и Путин достаточно жестко предложил Лукашенко три варианта интеграции.
Дословно они звучали так:
• полная интеграция в единое государство
• надгосударственное образование по типу Евросоюза
• «работа по объединению на основе положений действующего Договора о создании Союзного государства»
Разумеется, националисты тут же начали пугать аншлюсом и причитать, что Лукашенко сдает суверенитет и торгует страной ради личной власти. Соответственно, только братская Польша, Германия и США могут вырвать белорусов из цепких лап союзника – эта пластинка играет до сих пор, а на Украине логически завершилась Евромайданом и порошенковской пятилеткой.
Чуть более хитрые товарищи попытались воспользоваться поговоркой про двух мамок и подлечь под Россию. В той или иной форме эти попытки продолжаются каждые выборы в стане либеральной оппозиции, которая чуть поумнее и не кричит открыто «маскалей на нажы».
Здесь мы хотели бы подробно нарисовать, как строились отношения между либеральной оппозиции и россиянами.
Звонок другу Толе
Судьбоносный телефонный разговор Бориса Немцова с Анатолием Лебедько состоялся 25 августа 2002 г. Борис Ефимович по-простому звонил на мобильник Лебедько из своей приемной и обсуждал с ним, как надо правильно «давить на Луку».
«У тебя телефон, конечно, говенный, прослушивается», – говорит Немцов в начале разговора.
Можно сделать вывод, что Немцову на тот момент безразлична была конспирация, судьба ОГП и вообще росийско-белорусского союза. Это был демонстративный жест: показать что Россия ищет контактов с белорусской оппозицией.
В начале беседы Немцов рассказывает, как он убеждал Кремль начать общаться с оппозицией в Беларуси. И якобы убедил. «Отношение к Луке сильно изменилось благодаря моим стараниям», – говорит он.
Далее начинается инструктаж:
«Смотри, что надо сделать. Позвонить по телефону 910-04-45 – это приемная Суркова, а Сурков — самый влиятельный в Кремле человек. Надо ему позвонить сегодня и сказать чтобы делегацию ОГП приняли в Кремле».
Для чего? Как мы уже писали выше, Путин предложил Лукашенко три варианта. Вот как их оценивал Немцов:
«Второй вариант Путина очень мягкий и сохраняющий суверенитет. Сохраняющий как бы государственность там и так далее, с одной стороны. С другой стороны, дающий возможность через стандартную европейскую процедуру ратифицировать общесоюзное решение, связанное с налогами, с тарифами, с таможнями и так далее. Мне кажется, что этот вариант вам очень выгоден, и он нам позволит сильно давить на Луку».
По сути, это был прообраз нынешней 31-й дорожной карты, которую не стали обсуждать в Сочи. Вот как Немцов ее видел:
«Определить ваш статус пропорционально числу жителей, экономики стран и так далее. Причем это не вам надо высказывать, потому что вам некрасиво, вас обвинят в том, что сдаете Белоруссию. А это нам надо говорить. А вы должны говорить, что мы не можем не учитывать европейский опыт, потому Европарламент так устроен. В Европарламенте присутствие пропорционально экономикам стран. И там у немцев больше всего мест».
«Еще раз, у вас сейчас задача такая, вам надо с Лукой разобраться, я считаю, и сохранить как бы государственность. Я считаю, что идея Евросоюза, ну по типу Евросоюза, для вас в этом смысле очень хороша».
Анатолий Лебедько радостно соглашается. А Немцов продолжает о мотивах Путина:
«Да, он просто решил его [Лукашенко] приложить. Он его так, я извиняюсь, за...л, что он решил ему просто врезать публично в эфире. Причем на его поляне. Вот он спекулировал все время этим союзом, ничего там толком не желая делать и постоянно издеваясь над белорусским и российским бизнесом. Позиция Луки – это ублюдочный договор о союзе, который никуда не годится. В котором вводится пост президента, зачем он нужен этот президент. Скажи, зачем нам президент?»
«Лукашизм в союзных отношениях — это смерть и для вас, и для нас. Это консервация его режима с закреплением статуса на уровне союзного государства. Кому это надо, мы не пойдем ни на какие на эти. Сейчас надо его мочить его же оружием. Значит, так, друган, ты кричал про союз? Ты против союза. Вот мы предлагаем режим европейской интеграции, ты против европейской интеграции. Мы предлагаем, чтобы капиталы вливались и была либерализация и политическая, и экономическая, а ты против этого всего».
Что мы наблюдаем сейчас?
Ровно к такой же ситуации мы вернулись в 2020 году. Все практически идентично, причем Немцов, надо отдать ему должное, точно угадал про «консервацию» союзного государства.
При этом Лукашенко до сих пор периодически медийно «мочат» в РФ. Речь, как правило, не о телевизоре, хотя в свое время были «Крестные Батьки», а о разного рода обиженных группах, которые работают на подряде.
Работают они примерно по одной схеме – Лукашенко «клоун», «дурачок», «самодур». Так его пытаются подать не белорусской, а российской аудитории. Как видим, даже коронавирус отлично лег в эту канву.
Немцов говорил о российских СМИ еще в далеком 2002 году:
«В России, в общественном мнении Лука просто изгой уже, это важно. Я считаю, что задачу Путин для России выполнил важнейшую. Лука здесь стал изгоем и таким клоуном, да. Я считаю, что это замечательно. Но теперь вы его там должны дожать. Вы зря с ним объединяетесь, что вы с ним объединяетесь, с этим уродом, вам он нужен вообще?»
Здесь подразумевалось, что либеральная оппозиция выступает против интеграции с РФ, и таким образом «объединяется с уродом-Лукашенко». Опять же, эта тема «суверенности» до сих пор бурлит в оппозиционных помойках, там решают моральную дилемму – объединяться с Лукашенко против расейцаў или нет.
Далее Немцов переходит к делу – бегло опрашивает Лебедько по интересующим его персоналиям и партиям. И резюмирует:
«Для Кремля важно, есть ли у вас хоть какое-нибудь влияние на официальную власть. То есть влияние не в смысле публично, наезды, пресса и так далее, а влияние, вот есть ли ваши люди? Вот то, что у меня вчера спросили», – сообщает Немцов.
Эти слова актуальны и сейчас, но уже для ЗАПАДНОГО вектора оппозиции. Говоря словами Немцова, сейчас практически все имеют ресурс «для публичного наезда», но мало кто имеет подвязки в органах власти, чтобы получать неофициальную информацию, узнавать детали, по-дружески общаться и пр. Именно за это идет основная борьба, и поэтому западными фондами так ценится аналитика, которую собирают из внутренних сплетен буквально по крупицам.
Ну и, конечно, куда без газа с нефтью. Вот что Немцов предлагает в качестве последнего аргумента:
«Я уже этим сказал, что тарифы сделайте на газ общеевропейскими. И закрыли тему, через две минуты все будет подписано. С ним цацкаются, они же не белорусский народ поддерживают, а его».
Что тут можно сказать? Цацкаются так, что цена на европейский газ нам теперь только снится – к 75-летию Победы мы пришли к тому, что для братской Германии она вдвое дешевле.
Камо грядеши
А теперь вернемся к текущему моменту.
Обратите внимание, что давление на Лукашенко было до Крыма и Осетии, которые сейчас ставят ему в вину, мол, не поддержал. Т.е. риторика просто перетекает в новый контекст, а российскую аудиторию по-прежнему убеждают, что хитрый Лукашенко «капризничает», «ломает комедию», «клянчит» и т.д. Очевидно, причина не в Осетии и не в личных капризах, а в деньгах ТЭК. Оказывается, это такое государство в государстве.
Конечно, с годами появились и другие нюансы.
Как только началась нормализация с Западом и американское око вновь обратило взор на Беларусь, вырос целый пласт профессиональных борцов с российской пропагандой на зарплатах. Но то, что их товарищи по борьбе не так давно рвались на поклон к Суркову, никого не смущает – потому что важна только политическая целесообразность.
ОГП, увы, с годами тоже лучше не стала и бодро отодвинула в сторону либеральную демократию: как только пошел раскол по линии Канопацкой, партия перешла на ленинские принципы централизма и быстро ее исключила.
Что касается Лебедько, то в нормальной организации после всех скандалов лидер должен был давно уйти в отставку. Многие, к примеру, в политике участвуют ровно до того момента, когда заканчивают стройку родового гнезда-коттеджа. Но Анатолий и по сей день в строю, а еще в последнее время почему-то переключился на систему образования. Правда, надо отдать ему должное, в отличие от прочих спецов по образованию, хотя бы окончил пединститут.
Можно вспомнить и опыт «Говори правду», которая в свои лучшие годы, когда там числился Федута, пыталась залезть на «пророссийскую» поляну; к примеру, после выборов 2010 года отрабатывалась их связь с россиянами через бывшего главу Администрации Леонида Синицына.
Из более свежего можно вспомнить, как посол Бабич ласково принимал у себя Короткевич с Дмитриевым или как Ярослав Романчук носил в российское посольство экономическую аналитику. Все эти действия не имеют какой-либо практической ценности, но являлись определенным жестом.
Тем не менее, ни одна организация, пользующаяся внешней поддержкой, на белорусских выборах не победит. Это хорошо понимают и на западе, и на востоке. Реальна только власть Президента, а любые игры с оппозицией – попытки давить на него лично, вводить в заблуждение, заставлять нервничать или совершать ошибки.
Но, увы, есть еще и экономические противоречия. Пока мы видим, что ситуация обострена по газу, по нефти и даже (вдруг!) по гречке. От союзного государства мы уверенно скатываемся к двусторонним отношениям с полным хозрасчетом. Если бы Немцов дожил, очень бы радовался.
Что же касается президентских выборов, то наша оппозиция все-таки не карикатуры, типа Позняка. В своей массе они полностью согласны на отношения с Россией «по европейскому варианту», т.е. на дружбу без газа и нефти и вообще без всяких обязательств. Разумеется, такой подход тоже найдет сторонников в РФ, которые считают, что «хватит кормить Лукашенко».
Ну и наконец, о Немцове.
Через два месяца после телефонного разговора, в октябре 2002 Немцов и Хакамада приехали в Минск на конференцию, посвященную белорусско-российской интеграции. Ее организатором выступила ОГП, а на самой конференции «планировалось выработать единый белорусско-российский правый взгляд на интеграцию».
В аэропорту белорусские спецслужбы нашли среди вещей папку с документами и деньгами на сумму 50 000 тысяч у.е. Чтобы вы понимали, квартира в Минске в то время стоила примерно 10 тысяч. Деньги изъяли, а Немцова депортировали с формулировкой «угроза нацбезопасности» с запретом въезда на 5 лет.
В Минск он впоследствии вернулся – уже в 2009 году. И сказал тогда:
«В Беларуси и России нужно жить долго. Мы должны их пережить, друзья. И мы их точно переживем, потому что наше дело правое».
Когда либералы цитируют Сталина, это плохо заканчивается – правое дело оказалось не их. Да и судьба вскоре распорядилась с Немцовым иначе.
Подготовил Андрей Лазуткин
