Победить в войне до начала войны или битва за умы
Пока одни наши политологи и эксперты рассуждают, почему и как отношения Россия–НАТО достигли дипломатического дна, что стоит за прекращением отношений с блоком, считая это тревожным симптомом и выражая сожаление в правомерности этого процесса, другие говорят о том, что «инструменты, призванные укреплять международную безопасность, обесцениваются один за другим, а подходящей замены им нет»(руководитель группы стратегических оценок ИМЭМО РАН Сергей Уткин).
Своеобразной «проверкой на лояльность» для Запада в отношении позиции России стал ряд известных событий, начиная с 2008 года, развеявших приговор, что «обделавшаяся страна», по выражению одного из американских политиков в начале 2-х тысячных, отныне будет послушно следовать в фарватере интересов сложившегося после распада СССР однополярного мира. Этого не произошло. И НАТО естественно «вернулось к своему позднесоветскому функционалу — персонификации милитаристских устремлений стран Запада и к своему карикатурному имиджу, заложенному советской политической карикатурой от Бориса Ефимова до Кукрыниксов». С той лишь разницей, что альянс теперь уже почти в буквальном смысле «у ворот».
Все эти нынешние экспертные «выражения сожаления» и «констатации тревоги» вкупе с надеждой на нормализацию отношений с альянсом выглядят не менее карикатурно, особенно если учесть хотя бы недавние высказывания авторитетных западных политиков и военных насчет «российской угрозы» и войн «нового типа». В этих головах война никогда не заканчивалась. Она совершенствуется.
Вот несколько примеров высказываний высокопоставленных военных, которые убедительно демонстрируют курс западного правящего сообщества, имеющего внутри себя разногласия по многим вопросам, но обретающего сплоченность едва дело касается России. Но есть существенное отличие от прежней политики НАТО: теперь внимание уделяется войнам «нового типа», когда становится «важнее, кто выиграл войну слов и повествований, чем у кого было самое мощное оружие». Эту фразу одного из западных журналистов, побывавшего в эпицентре многих конфликтов последнего времени, приводит в своей речи «Динамические угрозы безопасности и Британская армия» в Королевском институте соединенных служб генерал Ник Картер, начальник Штаба обороны Великобритании (с 2018 г.). И его подход полностью звучит в тон высказываниям начальника Генштаба французской армии генерала Тьерри Буркхарда, в конце сентября изложившего новую стратегию вооруженных сил Франции с учетом ускорения гонки вооружений и возникновения гибридных войн. Отныне особое внимание будет уделяться информационной войне и борьбе с ней в цифровом пространстве. Победить в войне до войны – вот опорная точка в концепции генерала Буркхарда – значит победить в войне восприятий. В самое ближайшее время Министерство обороны Франции обещает опубликовать доктрину по борьбе в информационном пространстве, а в течение октября должен начать работу и выбрать директора отдел по наблюдению и защите от иностранного цифрового вмешательства.
Излагая свое видение угроз современному западному миру в уже упомянутой речи сэр Ник Картер анализирует следующие факторы (порядок сохранен, прим.авт.): исламский терроризм, массовая миграция, конкуренция за власть в многополярном мире, неограниченная война… При этом Картер выделяет нашу страну в особый раздел под названием: «Россия – самая большая государственная угроза» - и вот, как раскрывает свое видение этой угрозы: «У них нет единой модели конфликта с НАТО, они используют многомодельный подход, использующий обычные, нетрадиционные и ядерные области. Гибридная версия, которая может включать маленьких зеленых человечков, большие зеленые танки и огромные зеленые ракеты. Их мышление очень гибкое. Их Генеральный штаб способен быстро меняться, развиваться и извлекать уроки. Например: они знают, что демография не на их стороне, поэтому они развивают потенциал, для которого требуется меньше людей – например, ракеты, беспилотные летательные аппараты…
Они разработали последовательные концепции оборудования и обучения, которые ориентированы на наши уязвимые места, например: нашу зависимость от связи и информационных технологий;.. и, возможно, отсутствие инвестиций в противовоздушную оборону. Они безжалостно сосредотачиваются на победе над своими противниками – не захватывают территорию ради нее, а следят за тем, чтобы нам было отказано в нашей жизненно важной территории».
Далее, чего бы ни касался британский военачальник, информационной, кибер- и ассиметричных войн, боеспособности британской армии, проблем совместимости войск отдельных стран НАТО, роли Германии, создания армейского резерва, модернизации бронетанковой пехоты, улучшения ISTAR, разведки и наблюдения, основа его выступления – тезис «Главная угроза – Россия», для чего он даже коротко касается своего плана «по разгрому России», который требует «сплоченности союзников по НАТО» и уменьшения энергетической зависимости от России. Однако при этом не забывая подчеркнуть, на его взгляд, главное: ныне основные сражения – это «битва за мозги», «за повествование». Война понятий. И дает краткую характеристику этого «нового поля боя» для «другой войны», информационной, в лице специальной 77 бригады.
Важно: цитируемое выступление Ника Картера состоялось еще в 2015 году, как видим, задолго до происшедшего буквально в эти дни разрыва отношений России и НАТО. Но в своих основных положениях Картер предсказывает нынешний день: стратегия остается прежней, а усиленно тиражируемый мейнстримной западной прессой жупел «угроза России» обретает поистине апокалиптический масштаб.
Было бы странно и весьма непоследовательно, если бы в атмосфере нагнетания российской угрозы, правда, теперь наряду с Китаем, отношения Россия–НАТО продолжались, пусть и в «замороженном» виде. Тем более что альянс активно продвигает свою концепцию будущей войны, где ощутима согласованность ключевых позиций объединенного Запада.
Об этом, в частности, говорится в расследовании американского журналиста, писателя и помощника редактора Grayzone Бена Нортона от 8 октября 2021 года. Из него следует главное: западные правительства в военном альянсе НАТО усиленно разрабатывают тактику «когнитивной войны», используя предполагаемые угрозы Китая и России, чтобы оправдать ведение «битвы за ваш мозг» в «человеческой сфере».
Возглавляемый США военный картель НАТО уже опробовал новые методы гибридной войны против своих противников, включая экономическую войну, кибервойну, информационную и психологическую войну.
Теперь НАТО разрабатывает совершенно новый вид боевых действий, называя это когнитивной войной, куда привлекается «синтез наук о мозге». Новый метод включает в себя «взлом личности» путем использования «уязвимостей человеческого сознания» для реализации сложной «социальной инженерии».
В исследовании 2020 года, спонсируемом НАТО, об этой новой форме ведения войны четко поясняется: «… цель когнитивной войны состоит в том, чтобы сделать каждого оружием».
«Мозг станет полем битвы ХХI века», - подчеркивается в докладе. «Люди-это спорная область», и «будущие конфликты, скорее всего, произойдут среди людей сначала в цифровом виде, а затем физически, в непосредственной близости от центров политической и экономической власти».
В то время как исследование, поддержанное НАТО, настаивает на том, что большая часть его наработок по когнитивной войне предназначена для оборонительных целей, там признается, что «военный альянс разрабатывает наступательную тактику».
В докладе прямо говорится: «цель когнитивной войны - нанести вред обществу, а не только военным». И подчеркивается, что западные военные должны более тесно сотрудничать с научными кругами, чтобы «вооружить» социальные и гуманитарные науки, и таким образом помочь альянсу развить свой потенциал в области когнитивной войны. В исследовании этот феномен описывается как «милитаризация науки о мозге», что приведет неизбежно к милитаризации всех аспектов человеческого сообщества, от самых интимных, социальных отношений до самого разума.
Подобная всеобъемлющая милитаризация общества отражена в параноидальном тоне доклада, отмечает Б. Нортон, в котором предупреждается о «внедренной пятой колонне, где каждый, сам того не ведая, ведет себя в соответствии с планами одного из наших конкурентов». При этом исследование ясно показывает, что этими «конкурентами», якобы эксплуатирующими сознание западных диссидентов, являются Китай и Россия.
Дважды в год НАТО проводит «мероприятие в стиле питча», которое называют «Инновационным вызовом», призывая частные компании, организации и исследователей помочь разработать новую тактику и технологии для военного альянса.
Такое мероприятия осенью 2021 года проводилось в Канаде и называлось «Невидимая угроза: инструменты противодействия когнитивной войне».
«Когнитивная война стремится изменить не только то, что люди думают, но и то, как они действуют», - написало канадское правительство в своем официальном заявлении по этому поводу. «Атаки на когнитивную область включают интеграцию кибернетических, дезинформационных/информационных, психологических и социально-инженерных возможностей».
В пресс-релизе мероприятия в Оттаве также говорится: «Когнитивная война позиционирует разум как боевое пространство и спорную область. Его цель состоит в том, чтобы посеять диссонанс, спровоцировать противоречивые рассказы, поляризовать мнения и радикализировать отдельные группы населения. Когнитивная война может мотивировать людей действовать таким образом, чтобы разрушить или расколоть в остальном сплоченное общество».
Хотя Канадская ассоциация НАТО (НАОК) технически является независимой неправительственной организацией, ее миссия заключается именно в продвижении концепций НАТО.
В рамках своих усилий по продвижению инновационного вызова НАОК провел 5 октября панельную дискуссию по когнитивной войне.
Эксперт, написавший итоговое исследование 2020 года по когнитивной войне, спонсируемое НАТО, бывший французский офицер Франсуа дю Клюзель, принял участие в мероприятии вместе с канадскими военными.
Дискуссионная группа 5 октября началась именно с выступления Франсуа дю Клюзеля, который в 2013 году помог создать Инновационный центр НАТО (iHub) в Норфолке, штат Вирджиния.
Инновационный центр действует как своего рода внутренний исследовательский центр НАТО или мозговой центр. Его исследования не обязательно являются официальной политикой НАТО, но он напрямую поддерживается и контролируется альянсом.
В 2020 году главнокомандующий НАТО по трансформации (SACT) поручил дю Клюзелю, как руководителю iHub, провести шестимесячное исследование когнитивной войны.
И дю Клюзель подвел итоги своего исследования на панели в октябре этого года. Он начал свое выступление, отметив, что когнитивная война «прямо сейчас является одной из самых горячих тем для НАТО» и «стала повторяющимся понятием в военной терминологии в последние годы».
Когнитивная война пересекается с крупными технологическими корпорациями и массовой слежкой, потому что «все дело в использовании больших данных», - объяснил дю Клюзель. «Мы производим данные везде, куда бы мы ни пошли. Каждую минуту, каждую секунду мы выходим в Интернет. И чрезвычайно легко использовать эти данные, чтобы лучше узнать вас и использовать эти знания, чтобы изменить ваше мышление».
Естественно, натовский эксперт утверждал, что иностранные «противники» являются предполагаемыми агрессорами, использующими когнитивную войну. Но в то же время он дал понять, что Западный военный альянс разрабатывает свою собственную тактику.
Дю Клюзель определил когнитивную войну как «искусство использования технологий для изменения восприятия человеческих целей». Он отметил, что эти технологии включают области NBIC – нанотехнологии, биотехнологии, информационные технологии и когнитивные науки. Все вместе «это создает своего рода очень опасный коктейль, который может еще активнее манипулировать мозгом».
Этот новый метод атаки «выходит далеко за рамки» информационной войны или психологических операций (psyops).
«Когнитивная война - это не только борьба с тем, что мы думаем, но это скорее борьба с тем, как мы думаем, если мы сможем изменить образ мышления людей», - сказал дю Клюзель. «Это намного мощнее, и это выходит далеко за рамки информационной [войны] и psyops. .. Другими словами, когнитивная война - это не просто другое слово, другое название информационной войны. Это война с нашим индивидуальным процессором, нашим мозгом».
Исследователь НАТО особо подчеркнул, что «это чрезвычайно важно для нас в вооруженных силах». И частный сектор имеет финансовую заинтересованность в продвижении исследований когнитивной войны, отметил он: «Огромные мировые инвестиции, сделанные в нейробиологию, свидетельствуют о том, что когнитивная область, вероятно, станет одним из полей сражений будущего».
Развитие когнитивной войны полностью трансформирует военный конфликт, каким мы его знаем, подчеркнул дю Клюзель, добавив «третье важное боевое измерение к современному полю боя: к физическому и информационному измерению теперь добавляется когнитивное измерение».
Для НАТО исследования в области когнитивной войны являются не только оборонительными, но и в значительной степени наступательными.
«Развитие способностей наносить вред когнитивным способностям противников будет необходимостью», - четко прописано в докладе дю Клюзеля. «Другими словами, НАТО нужно будет получить возможность защитить свой процесс принятия решений и сорвать такой процесс противника».
Любой может стать мишенью операций когнитивной войны: «Любой пользователь современных информационных технологий является потенциальной мишенью. Такая война нацелена на весь человеческий капитал нации», - зловеще добавлено в докладе. «Более того, когнитивная война потенциально бесконечна, поскольку для такого типа конфликта не может быть мирного договора или капитуляции».
Пентагон входит в число основных учреждений, продвигающих это новое исследование, как подчеркивается в докладе. В нем цитируется генерал-майор США Роберт Х. Скейлс, который резюмировал новую боевую философию НАТО так: «Победа будет определяться в большей степени с точки зрения захвата психокультурных, а не географических высот».
«Использование социальных наук будет иметь центральное значение для разработки Плана операций в области людских ресурсов», - говорится в докладе. План «будет поддерживать боевые операции, предоставляя потенциальные направления действий для всей окружающей человеческой среды, включая силы противника, а также определяя ключевые человеческие элементы, такие как Когнитивный центр тяжести, желаемое поведение в качестве конечного состояния».
Все академические дисциплины будут вовлечены в когнитивную войну, а не только естественные науки. «В вооруженных силах для сотрудничества с военными как никогда потребуются знания в области антропологии, этнографии, истории, психологии и других областях”,- говорится в этом спонсируемом НАТО исследовании.
Отчет завершается однозначной фразой: «Сегодняшний прогресс в нанотехнологиях, биотехнологиях, информационных технологиях и когнитивных науках (NBIC), подкрепленный, казалось бы, неудержимым маршем триумфальной тройки, состоящей из Искусственного интеллекта, Больших данных и цивилизационной «цифровой зависимости», создал гораздо более зловещую перспективу: встроенную пятую колонну, где каждый, сам того не подозревая, ведет себя в соответствии с планами одного из наших конкурентов».
Итак, новая натовская концепция войны утверждает, что ее сила «заключается не в оружии, а во влиянии”, и «победа в долгосрочной перспективе будет по-прежнему зависеть исключительно от способности влиять и изменять… влиять на когнитивную область».
Завершающий абзац доклада, без сомнения, дает понять, что конечной целью Западного военного альянса является не только физический контроль над планетой, но и контроль над умами людей:
«Когнитивная война вполне может быть недостающим элементом, который позволяет перейти от военной победы на поле боя к прочному политическому успеху. Человеческая область вполне может быть решающей областью, в которой многодоменные* операции достигают эффекта командира. Пять первых доменов могут дать тактические и оперативные победы; и только человеческий домен может добиться окончательной и полной победы».
Добавить комментарий