Сопротивление перевороту в Таиланде разрушает устоявшиеся мифы

Через два дня после того, как генерал Прают Чан-Оча, глава таиландской армии, объявил о введении в стране военного положения “для сохранения общественного порядка”, 22 мая военные Таиланда заявили, что берут на себя власть на неопределённый срок.
Несколько позже Прают также заявил, что этот переворот поддержал глава государства, 86-летний король Пхумипон Адульядет.
Военный переворот в мае 2014 года стал уже 19-м по счёту, начиная с 1932 года. В прошлом году Бангкок сотрясали протесты против нового правительства, возглавляемого Йинглак Чиннават, - сестрой бывшего премьер-министра Таксин Чиннават (вынужденного - в результате военного же переворота в 2006 году - эмигрировать в Черногорию). Беспокойство тогда активно подогревалось оппозиционной Демократической партией, имеющей обширные связи с военными. Лидеры этой партии обвинили Йинглак и партию Пхыа Тхаи (связанную с “краснорубашечниками” - “Объединённым фронтом за демократию против диктатуры”) в коррупции. В результате Йинглак распустила парламент и назначила выборы на начало февраля, однако ввиду массовых акций протеста, организованных Демократической партией, голосование было сорвано.
В начале мая Верховный суд Таиланда вынес решение о том, что Йинглак должна уйти в отставку по причине коррупции. Её пост временно занял заместитель, и на 20 июля были назначены новые выборы. Однако в это время вмешался генерал Прают и осуществил переворот, фактически превратившись в лидера военной хунты под названием “Национальный совет мира и порядка”.
В первые же дни хунта ввела жёсткую цензуру в СМИ, аннулировала Конституцию и провела многочисленные аресты, в том числе среди членов парламента и правительства.
Самой же удивительной вещью в имевшем место быть перевороте является масштаб и скорость реакции на него со стороны несогласных. В следующие за переворотом три дня спонтанно вспыхнули массовые протесты среди простого населения в различных районах Бангкока, а также в Чиангмае и других городах. Вот она, история во плоти.
Хотя эти протесты и были спонтанными, было бы ошибочным думать, что они были “неорганизованными”. В течение нескольких лет про-демократические активисты создавали свои сети на низовом уровне (англ. grass roots networks, букв. - “сети из корней травы”, современный политологический термин, означающий инициативу самих граждан, объединяемых “снизу” по сетевым принципам - прим. пер.), не зависящие от Таксин и Йинглак Чиннават, Пхыа Тхаи, и популистских лидеров краснорубашечников (Объединённого фронта за демократию против диктатуры). Тем не менее, многие краснорубашечники принимали участие в протестах, оставаясь лояльными к своему движению. Приняли участие и многочисленные рабочие, хотя и без руководящей роли профсоюзов.
Чем больше рос накал протестов, тем больше уверенности приобретали участники, а также наблюдающие за ними и симпатизирующие им. Такие протесты на низовом уровне затруднительно подавить с помощью военной силы. Существуют сотни низовых (grass roots) лидеров, и всё новые и новые появляются каждый день. Арест нескольких из них только разозлит людей, в отличие от ареста лидеров краснорубашечников, который, как это уже случалось, останавливал протесты. Коммуникация в таких низовых сетях может осуществляться через интернет, социальные сети и медиа, однако “сарафанное радио” также играет большую роль. То, что мы имеем здесь, - наиболее позитивное русло развития таиландского политического кризиса за последние годы.
Не сомневайтесь ни на секунду: отнюдь не легко противостоять военной хунте и выступить перед лицом вооружённых солдат, которые уже неоднократно показывали, что не постесняются открыть огонь по безоружным протестующим. Некоторые активисты были арестованы и уведены прочь, других забирали прямо из их домов, многим другим хунта приказала сделать заявление в пользу армии. В последнюю категорию попали яркие прогрессивные академики, некоторые люди из группы Нитират (влиятельное сообщество юристов из Университета Таммасат - прим. пер.), а также люди вроде Аджарн Суда (Ajarn Suda Rangukan - известная активистка краснорубашечников, выступающая против существования принципа lèse-majesté, “оскорбления величества”, т.е. отдельных суровых наказаний за оскорбление знатных особ, монарха или государства, - прим. пер.). Некоторых заключили под стражу в армейских лагерях. Тем, кто был замечен в “нанесении оскорблений”, грозит судебное преследование и тюрьма.
Но удивительным образом протестующие возвращаются во всё больших количествах. Есть определённая надежда на то, что это движение выльется в обширную организацию рабочего класса. Но это займёт какое-то время. Вполне возможна даже ситуация “один шаг вперёд, два шага назад”.
Существует определённое количество мифов, которые были развеяны за эти несколько майских дней.
Первый миф, постоянно транслируемый ленивыми журналистами и иссохшимися академиками, состоит в том, что про-демократическое движение преимущественно распространено в провинции. Дескать, миллионы сельских жителей будут разгневаны этим переворотом, и, будем надеться, как-нибудь организуются, дабы противостоять военной машине в предстоящих схватках. Но что мы видим на самом деле - это развитие движения против государственного переворота в Бангкоке с участием многих краснорубашечников. Необходимо понять, что движение краснорубашечников имеет серьёзную поддержку в Бангкоке, а сам этот город населён не одним только средним классом.
Второй развеянный миф заключается в идее о том, что королевский дворец обладает всей полнотой власти, в том числе и над армией. Генерал Прают возглавил ход событий, абсолютно не обращая внимание на короля и не информируя его о происходящем вплоть до следующего дня после переворота. Не было никаких упоминаний о монархии, стоящей за спиной хунты, когда они зачитывали свою декларацию. Это ещё один пункт, который нужно хорошо понимать: военные - сами себе закон, - они используют монархию только лишь для легитимизации своих действий. Учитывая этот факт, таиландский кризис нельзя объяснить как просто некий спор между элитами по вопросу преемственности королевского престола, поскольку нет смысла бороться за власть над слабым и бессильным институтом таиландской монархии. Этот кризис скорее имеет отношение к месту демократии в обществе. Это борьба в двух измерениях, сходящихся в диалектически противоречивой манере в одной точке: борьба между элитами, сражающимися за проведение удобной им политики, и между обыкновенными людьми, борющимися за свободу, демократию и социальную справедливость. Выйдя на улицу, мы не увидим ничего похожего на борьбу между двумя группировками людей, поддерживающих разные элиты, как утверждают консервативные академики и лидеры неправительственных организаций.
Являются ли слухи, распространяемые Робертом Амстердамом (канадский юрист, основатель международной юридической фирмы - прим. пер.) о том, что Таксин планирует созвать правительство в изгнании, правдивыми, или нет, но такой шаг не имел бы особой значимости в контексте реальной борьбы за демократию. Таксин и его семья прочно увязли в лагере элит, хотя они и приветствуют демократический процесс - в качестве средства к достижению большей власти. У них нет намерения вести реальную борьбу за демократию, которая может обрушить установления старого порядка, подорвать господство армии, отменить принцип оскорбления величества, наказывая убийц государства и привнося стандарты прав человека и равенства вместе со всеобщим благосостоянием. Как говорил Лев Троцкий в связи со своей “теорией перманентной революции”, именно такая задача сейчас лежит перед современным городским рабочим классом, вместе с мелким фермерством.
Третий развеянный миф состоит в утверждении хунты о том, что она была “честным маклером”, всего лишь посредником, пытавшимся привнести мир и стабильность в конфликт двух воюющих сторон. Ни у кого из тех, у кого есть хотя бы какое-то понимание политики, эти заявления не вызвали никакого доверия, поскольку армия и банды Сутепа очевидно работали заодно. (Имеется в виду Сутеп Таугсубан, бывший заместитель премьер-министра, а на момент переворота - лидер “Народного комитета демократических реформ”: оппозиционной политической группировки, основной целью которой было смещение действующего премьер-министра, устранение семьи Таксин от власти и усиление монархии; 26 мая, после переворота, военная хунта взяла его и других лидеров этой группировки под стражу, предъявив им обвинение в организации восстания, - прим. пер.). Точно так же они работали заодно во время выступлений “жёлтых рубашек” движения Народного союза за демократию в 2006 году (жёлтая рубашка символизировала преданность королю - в противовес правительству того времени, возглавляемому Таксин Чиннават, - прим. пер.). Что очевидно сейчас, так это то, что почти все арестованные и сдавшиеся являются краснорубашечниками или прогрессивными демократическими активистами.
Со стороны различных неправительственных организаций и консервативных интеллектуальных кругов тем временем наблюдается затишье по поводу переворота. На самом деле они даже помогли ему совершиться, требуя отставки избранного правительства и достижения компромисса с антидемократическими головорезами. Национальная комиссия по правам человека, офисы которой наводнили люди в форме, умоляла хунту не быть слишком строгой. Это настоящий позор. Лучшее, что смогли придумать неправительственные организации, связанные в основном с группой FTA Watch, а также с потребительскими обществами и защитниками окружающей среды, - так это заявить, что они надеются, что хунта вернёт Таиланд в лоно демократии “при ближайшей представившейся возможности”. Иными словами, хунта должна отдать власть в другие руки тогда, когда почувствует, что время пришло. Они также призвали “обе стороны” к переговорам и компромиссу. Видимо, результатом должна стать “демократия на двоих”, “наполовину демократия”.
Поддерживающие таиландскую демократию за рубежом могут сделать две простые и очень важные вещи. Во-первых, необходимо попытаться защитить и распространить просьбы тех, кто находится в заключении, включая тех, кто уже попал в тюрьму за оскорбление величества. Во-вторых, нужно пытаться разоблачать ложь и бессмыслицу, исходящую из уст хунты, которая появляется в зарубежных СМИ.
Тчи Унгпакорн
(подготовил и перевёл Евгений Багашов)




























Добавить комментарий