Воздушный витязь Родины
На свете есть немало городов неизвестных, малоизвестных и очень известных, слава которых шагнула далеко за пределы державы и распространилась по всей планете. Это – города-герои, города-солдаты, подобные Сталинграду, чей немеркнущий подвиг не забудется и вовек. Есть города и веси, которые благодаря мужеству и героизму его жителей прославились, стали весьма известными всей стране. Именно в таком населенном пункте, имя которому Буда-Кошелево, родился 15 декабря 1917 года Павел Головачев. Любознательный мальчишка с детских лет «заболел» авиацией. Он был свидетелем героического подвига воздушных витязей Ляпидевского, Леваневского, Молокова, Каманина, Слепнева, Водопьянова, Доронина, которые спасли в Чукотском море, с раздавленного льдами ледокольного парохода, челюскинцев. Они первыми получили звание Героев Советского Союза. Затем последовал перелет через Северный полюс в США – Чкалова, Байдукова и Белякова.
Именно эти подвиги первых Героев зародили в душе Павла Головачева любовь к авиации. Он решил во что бы то ни стало обрести крылья, стать летчиком. Павел Яковлевич с отличием окончил летную школу. Славу и известность родине Головачева – Буда-Кошелево – принесли отважные партизаны и мужественные бойцы Красной Армии, выходцы из этого населенного пункта. И среди них огромный вклад в победу над врагом внес дважды Герой Советского Союза Павел Яковлевич Головачев – почетный гражданин Беларуси. Его именем названы улицы в Гомеле и Буда-Кошелеве, где установлены бюсты дважды Героя Советского Союза. Его именем назван совхоз в Буда-Кошелевском районе. На здании аэроклуба по улице Гагарина, где учился Павел Головачев, а также на здании деревообрабатывающего комбината, где он работал до армии, установлены мемориальные доски. Он зачислен почетным членом молодежной бригады производственного объединения «Гомельдрев».Кстати сказать, члены Президиума Совета Ветеранов ВВС Республики Беларусь обращаются к Президенту, Парламенту и Совмину с просьбой переименовать город Буда-Кошелево в город Головачев. Всем, кто служил с Павлом Яковлевичем, кто его хорошо знал, кажется, что далеко не все почести отданы этому талантливому военачальнику, воздушному асу, летчику от Бога. Автору этих строк посчастливилось десять лет служить с ним в 26-ой воздушной армии. По роду своей деятельности мне часто приходилось обращаться за помощью к Головачеву, особенно при организации и проведении агитационно-пропагандистских мероприятий. Он никогда не отказывал в моей просьбе. Часто выступал перед военнослужащими, перед допризывной молодежью, студентами и учащимися Минска, Лиды, Щучина, Кобрина и других городов и населенных пунктов.
Недавно в домашнем архиве я нашел блокнот, в котором кратко, в конспективной форме записаны многие выступления Павла Яковлевича перед летным, техническим составом, офицерами других специальностей. Ему часто приходилось рассказывать о боевых подвигах авиаторов на фронте.
Но, как правило, о своих воздушных боях он говорил скупо, в беседе с авиаторами он большей частью рассказывал о подвигах друзей-однополчан, о дважды Героях Советского Союза командире полка В.Д.Лавриненкове, командире эскадрильи – Ахмет Хане Султане. Но его слушателям приходилось часто просить рассказать и о его боевых делах. На одной из проводимых бесед, где и я присутствовал, Павлу Яковлевичу задали такой риторический вопрос: «Кто из выдающихся летчиков был для Вас кумиром, перед кем Вы приклонялись, восхищаясь его летным мастерством?». После небольшой паузы Павел Яковлевич дал такой ответ на этот вопрос: «В канун Великой Отечественной войны я учился в летной школе. В нашей эскадрильи, – заявил он, – одним из опытнейших летчиков-инструкторов был дважды Герой Советского Союза – Сергей Иванович Грицевец – белорус из деревни Боровцы Гродненской губернии. Я с жадностью всегда слушал рассказы о боевых делах этого земляка-белоруса, с откровенным уважением и некоторой завистью глядя на две Золотые Звезды, украшавшие его грудь», – откровенно признался Павел Яковлевич. А рассказывать ему было о чем. Это человек удивительной судьбы. Причем он так увлеченно рассказывал о своих воздушных боях в Испании и на Халхин-Голе, что мы, курсанты, слушали его с раскрытыми ртами, боясь пропустить хоть одно его слово. Ведь он с макетом самолета в руках вел рассказ, показывая тактические приемы каждого своего воздушного боя с фашистскими стервятниками Гитлера в Испании и японскими интервентами на реке Халхин-Гол. В общей сложности на счету Сергея Ивановича было уже сбито более 40 вражеских стервятников. Тогда, конечно, я не знал, что мне тоже придется участвовать во многих воздушных схватках с пиратами Гитлера. А пока нас, курсантов, учил летному делу Сергей Иванович Грицевец. Учеба в летной школе была нелегкой. Шутка ли – мы изучали двадцать предметов. И среди них ни одного второстепенного. Все они потом пригодились в летной практике. «Я во многом обязан своему кумиру, – продолжал отвечать на поставленный вопрос Павел Яковлевич. Именно он пробудил в моей душе небывалое ратное трудолюбие, умение преодолевать трудности в летном деле, на совесть, настойчиво осваивать теорию и практику летного мастерства. Я старался буквально во всем подражать Сергею Ивановичу. Перенял даже его слегка покачивающуюся походку». Таков вкратце был ответ Павла Яковлевича на заданный вопрос молодым летчиком. В моем архивном блокноте сохранилась и краткая запись ответа на вопрос летчика Дарвина Рухадзе. Обращаясь к Головачеву, он попросил: «Расскажите, пожалуйста, о вашем участии в освобождении Белоруссии от фашистских захватчиков».
– Да, я принимал участие в освобождении нашей Республики от немецких оккупантов, – начал отвечать на вопрос Рухадзе Головачев. – За время службы на 1-ом и 3-ем Белорусских фронтах мне удалось сбить 13 фашистских самолетов и одного из них прикончить таранным ударом, причем на высоте 9000 метров. Это был первый в мире высотный таран.
– Расскажите об этом поподробнее, – кто-то прокричал из зала.
– Хорошо, – согласился Павел Яковлевич. – Это случилось в декабре 1944 года. Фашистский самолет-разведчик повадился в одно и то же время фотографировать на нашем участке фронта наземные войска. Командование приняло решение во что бы то ни стало уничтожить обнаглевшего фашистского разведчика. Поручено было расправиться с ним мне и Николаю Чернику. Набрав 5000 метров высоты, мы стали баражировать вдоль линии фронта. Небо на редкость было безоблачным, ярко светило солнце. Это было не в нашу пользу. Прошло 15-20 минут, но ни одного вражеского самолета мы не заметили, хотели уже возвращаться домой. Но вскоре на левом фланге фронтовой полосы я увидел в лучах солнца фашистский самолет-разведчик, который уже начал фотографировать наши наземные войска. У него было преимущество в высоте. Как незаметно подойти к «Юнкерсу»? – мелькнула в моей голове тревожная мысль. Для этого я и мой ведомый снизились, зашли со стороны солнца и набрали высоту 9000 метров. Для истребителя Ла-7 это почти «потолочная» высота. Но в этот миг самолет ведомого неестественно стал падать вниз. Как потом выяснилось, Николай Черник из-за кислородного голодания потерял сознание, пришел в себя у самой земли и сумел удачно сесть на своей территории. Я остался с врагом один на один. «Юнкерс» заметил меня и с дальней дистанции открыл огонь по Ла-7 и, тут же развернувшись, стал удирать восвояси. Дать возможность уйти ему – это равносильно поражению. У него уже есть снимки наших наземных войск, подумал я и, подойдя ближе к «Юнкерсу», дал несколько прицельных очередей, и очень удачно: пушки у обоих стрелков разведчика умолкли и не стали «огрызаться». «Хорошо», – буркнул я себе под нос с радостью. Осталось добить врага. Используя своеобразный воздушный маневр, я зашел в хвост разведчика. Поймав «Юнкерса» в перекрестке прицела, нажал на гашетку, но, как на зло, оружие в этот момент отказало. Попытался перезарядить, но – бесполезно. Тут же принимаю решение таранить врага. Увеличив обороты двигателя до полных, сделал небольшой поворот, зашел в хвост разведчику и через несколько секунд винтом рубанул по хвостовому оперению «Юнкерса». Разведчик накренился и, заваливаясь на левое крыло, пошел к Земле. Почти тут же раздался взрыв. И Ла-7 завертелся в крутой спирали. Самолет отчаянно трясло. Я было уже отстегнул привязные ремни, – продолжал рассказывать Павел Яковлевич, – приготовился к прыжку с парашютом, не прекращая при этом бороться за жизнь машины. Полностью выключил мотор, тряска прекратилась. «Ястребок» мой перестал дрожать. Высоты хватило мне, чтобы спланировать на свой аэродром. Так завершился первый в мире высотный таран, – закончил рассказ Павел Яковлевич.
А воевать ему пришлось на многих фронтах: на Юго-Западном, Сталинградском, 4-ом Украинском и на первом и третьем Белорусских фронтах. С каждым боевым вылетом, как он рассказывал, шлифовалась его тактика, приемы воздушного боя. На фюзеляже истребителя Ла-7 Головачева, появлялось все больше и больше звездочек, символизирующих число сбитых самолетов врага. Воздушные стервятники Геринга узнавали Головачева по звездам на фюзеляже «Ястребка» и по своеобразной «воздушной походке» советского аса. И как только узнавал противник о появлении в воздухе Павла Яковлевича, в эфире звучало предупреждение: «Ахтунг, ахтунг, в воздухе Пауль Головачефф». Нередко после такого предупреждения даже опытные немецкие летчики уклонялись от воздушного боя с крылатым витязем Советского Союза. Павел Яковлевич совершил 457 боевых вылетов, участвовал в 125 воздушных боях. Им лично сбито 26 немецких самолетов и 15 в групповом бою. Родина высоко оценила мужество и отвагу крылатого богатыря, присвоив ему звание дважды Героя Советского Союза и наградив двумя орденами Ленина, шестью – Красного Знамени, орденом Отечественной войны первой степени, двумя орденами Красной Звезды и многими медалями. После Великой Отечественной Войны Павел Яковлевич продолжал служить в ВВС, отдавая богатейший опыт, все свои силы и знания обучению и воспитанию молодого поколения авиаторов. После успешного окончания Военно-Воздушной Академии, затем и Академии Генштаба генерал-майор Павел Яковлевич Головачев плодотворно трудился на разных должностях, последняя из них – заместитель командующего воздушной армии.
Гитлеровские воздушные пираты не смогли одержать победу над Советским Асом, но проклятая онкологическая болезнь свалила крылатого богатыря. 2 июля 1972 года перестало биться сердце мужественного Сокола Родины. Автор этих строк, как и многие другие авиаторы часто навещали больного Павла Яковлевича в Боровлянском госпитале. За три недели до ухода его из жизни, мы с Владимиром Ивановичем Кобяковым навестили Головачева. В это же время у больного был и Петр Миронович Машеров. Очень теплые дружеские отношения у Павла Яковлевича с Машеровым установились после того, как Петр Миронович стал в 1962 году 2-м секретарем ЦК КПБ и членом Военного Совета нашей Воздушной Армии. Когда мы вышли из госпитальной палаты Головачева, Петр Миронович с чувством глубокой скорби сказал: «Сегодня утром был консилиум врачей, они мне сказали, что вряд ли Павел Яковлевич проживет еще месяц». Затем после небольшой паузы добавил: «После смерти Сергея Осиповича Притыцкого это будет самая тяжелая утрата для белорусского народа». Видимо, все же следует отдать еще одну почесть Павлу Яковлевичу для увековечивания его памяти – переименовать Буда-Кошелево в город Головачев.
Дмитрий ПОНОМАРЕВ,
член Международной Ассоциации Защиты Прав человека, ветеран войны
Биографическая справка
Павел Яковлевич ГОЛОВАЧЕВ родился в деревне Кошелево ныне Буда-Кошелевского района Гомельской области в семье крестьянина. Белорус. Член КПСС с 1943 года. Окончив в 1935 г. в городе Ново-Белица школу ФЗУ, работал токарем и фрезеровщиком на лесокомбинате. Был форвардом заводской футбольной команды. Одновременно занимался в Гомельском аэроклубе. В 1938 году по комсомольской путевке направлен в 8-ю Одесскую военную авиационную школу пилотов имени П.Д.Осипенко, которую окончил в конце 1940 г. Направлен служить в 168-й истребительный авиационный полк, дислоцировавшийся в Крыму.
Начало Великой Отечественной войны встретил под Яссами. Летал на штурмовку войск противника на И-16. На второй день войны сбил свой первый самолет – Me-109, но и сам был ранен. В октябре 1941 г. был переведен в состав 69-го Одесского авиационного полка под командованием Героя Советского Союза Л.Л.Шестакова.
Воевал в небе Сталинграда. На ЛаГГ-3 сбил несколько самолетов противника. После Сталинградской битвы назначен командиром звена. Отличился в боях под Ростовом-на-Дону и в Донбассе. В марте 1943 г. над Батайском в составе группы истребителей Як-1 вступил в бой с 100 бомбардировщиков и 60 истребителей противника. Умело маневрируя, защищая друг друга от неожиданных ударов, наши летчики уничтожили 42 вражеских самолета, потеряв 3 своих. В этом бою Головачев довел свой личный счет до 18 побед.
Воевал в небе Крыма и под Мелитополем.
Звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 1270) командиру звена 9-го гвардейского истребительного авиационного полка (6-я гвардейская истребительная авиационная дивизия, 8-я воздушная армия, 4-й Украинский фронт) гвардии старшему лейтенанту Павлу Яковлевичу Головачеву присвоено 1 ноября 1943 года за 225 боевых вылетов, 92 воздушных боя и 17 лично сбитых самолетов противника.
Освобождал Белоруссию, Литву. Во время первых боев в Восточной Пруссии 30 декабря 1944 года, находясь в свободном поиске на истребителе Ла-7 в паре с Н.И.Черником, в районе города Тройбург на высоте 9000 м обнаружил воздушного разведчика противника, направляющегося в сторону наших войск, и вступил с ним в бой. 4 раза он атаковал противника, но Ju-188, маневрируя, все время уходил из-под огня. Головачеву удалось поразить стрелка и поджечь самолет, но немецкий летчик смог сбить пламя. Когда кончился боезапас, Головачев двинул сектор газа до упора и, сблизившись, рубанул винтом по хвосту «юнкерса». Тот рухнул вниз. Очнувшись после удара, вывел свой истребитель из крутого пике и с большим трудом дотянул до своего аэродрома. Это была его 20-я победа. За мужество, проявленное в этом бою, награжден орденом Красного Знамени. До конца штурма Кенигсберга на этом же самолете сбил еще 10 вражеских, после чего сдал его в музей.
Второй медали «Золотая Звезда» заместитель командира эскадрильи того же полка (303-я истребительная авиационная дивизия, 1-я воздушная армия, 3-й Белорусский фронт) гвардии капитан П.Я.Головачев удостоен 29 июня 1945 г. за 385 боевых вылетов и 26 лично сбитых самолетов противника.
Всего за время войны совершил 457 боевых вылетов, в 125 воздушных боях сбил лично 31 и в группе 1 самолет противника. Свою последнюю победу одержал 25 апреля 1945 года в небе Берлина (сбил 2 FW-190).
После войны продолжал службу в ВВС. В 1951 г. окончил Краснознаменную Военно-воздушную академию, в 1959 – Военную академию Генерального штаба. Генерал-майор авиации (1957) Головачев служил на ответственных должностях в Советской Армии. Награжден 2 орденами Ленина, 6 орденами Красного Знамени, орденом Отечественной войны 1 степени, 2 орденами Красной Звезды, медалями.
После непродолжительной болезни скончался 2 июля 1972 года. Похоронен в Минске. Бронзовый бюст установлен на родине – в деревне Кошелево. В городе Гомеле установлен памятник Герою, его именем названы улица, школа, создан музей. В городе Городок Львовской области на улице его имени установлена мемориальная доска. Почетный гражданин города Ново-Белица.
Номер газеты:



























